Она махнула раскрытой ладонью руки, как солдат, отдающий честь командиру:
— Есть, сэр.
Несколько мгновений спустя Хейли вышла из комнаты, осторожно закрыв за собой дверь. Тэд проводил ее влюбленным взглядом.
Был уже поздний вечер, когда в дверь квартиры, которую снимали Джейн Уилсон и Хейли Бенсон, раздался звонок. Хейли была на радиостанции, Джейн в этот день еще находилась в отпуске. Она разбирала вещи, которые привезла из поездки и, услышав звонок, направилась к двери.
Каково же было ее изумление, когда она увидела перед собой высокую, статную фигуру Кэпвелла-старшего. Она воззрилась на него с немалым удивлением. Увидев перед собой Джейн Уилсон, он тоже немало удивился, поскольку ожидал встретиться с Хейли Бенсон. Тем не менее, умело скрыв свои чувства, он спокойно сказал:
— Я — СиСи Кэпвелл.
Собственно говоря, ему больше ничего не стоило говорить, потому что и без этого он был известен всей Санта-Барбаре.
— Я хотел бы увидеть Хейли Бенсон.
Джейн заискивающе улыбнулась.
— Извините, мистер Кэпвелл, но ее сейчас нет дома, она на работе.
Он уже начал было подумывать о том, чтобы развернуться и уйти, но в этот момент Джейн воскликнула:
— А мы с вами уже встречались.
Он посмотрел на Джейн с некоторым недоумением:
Она изобразила на лице самую приятную улыбку, которая только была в ее силах.
— Неудивительно, я была у вас на приеме в День независимости и брала интервью у ваших гостей. Тэд знакомил нас, если помните.
Он криво улыбнулся.
— Да, конечно, извините, — с этими словами СиСи небрежно пожал протянутую ему руку.
— Ничего страшного, — воскликнула она, больше обрадованная тем, что удостоилась рукопожатия СиСи и махнула рукой. — Проходите, пожалуйста, в комнату.
— Благодарю вас.
Миновав прихожую, он прошел в гостиную, критически осматривая скромную обстановку квартиры. Джейн с навязчивым радушием воскликнула:
— Полагаю, что мне надо поздравить вас. Хотя мне строго-настрого запретили говорить об этом.
СиСи медленно повернулся и смерил Джейн таким испепеляющим взглядом, что она мгновенно поняла свою ошибку.
— О, я, наверное, не должна была говорить, — суетливо стреляя глазами, сказала она.
Хотя СиСи умело скрывал свои чувства, его слегка подрагивавшая от возбуждения губа выдавала его истинное состояние.
— Мне известно о том, что мой сын и эта девушка, — тут он сделал многозначительную паузу, — помолвлены. Собственно говоря, именно об этом я и хотел поговорить с мисс Хейли. Кстати говоря, вы не знаете, когда она вернется?
Джейн смотрела на СиСи широко раскрытыми глазами.
— Нет, я не знаю, — едва смогла выговорить она.
Несмотря на то, что Сантана не приглашала окружного прокурора присесть к себе за столик, он, нисколько не сомневаясь в собственной правоте, отодвинул стул и уселся напротив Сантаны. Она нервно швырнула салфетку на стол.
— Кейт, если ты не уйдешь сейчас, я уйду сама, — взволнованно сказала она. — Я не хочу, чтобы нас кто-нибудь увидел. Эти слухи обязательно дойдут до Круза, и ты сам знаешь, что будет. Мне снова придется оправдываться, а я уже устала лгать, я больше не могу.
Он принялся успокаивать ее нудным, тягучим голосом:
— Не нервничай, Сантана, здесь никого нет. Успокойся, нас никто не увидит. Здесь нет ни Круза, ни Иден, мы в полной безопасности, как у меня дома.
Она криво улыбнулась.
— Я не поверю тебе, и не проси. Это обязательно плохо кончится. А у меня нет больше ни сил, ни желания продолжать.
Но Тиммонс не собирался реагировать на просьбу Сантаны.
— Я понимаю, что у тебя сейчас плохое настроение, что ты устала, что тебе хочется отдохнуть.
— Да, это так.
Тиммонс широко улыбнулся.
— А вот это как раз меня меньше всего пугает. Ведь мы можем очень легко исправить это. Тебе стоит лишь высказать такое пожелание.
Она отрицательно замотала головой.
— Кейт, прошу тебя, не заговаривай мне зубы. Вчера вечером я уступила тебе последний раз. Ты даже не представляешь, чего мне это стоило. Я больше не хочу испытывать подобные чувства. Я устала, мне очень тяжело.
Тиммонс, как умелый дипломат, перевел разговор в другую плоскость.
— Хорошо, для того, чтобы ты не пугалась, что за нами подсматривают, мы будем просто разговаривать. Я напущу на себя надменный, неприступный вид, как будто мы обсуждаем служебные дела, касающиеся твоего мужа. Тебя устраивает такое?
Тиммонс точно рассчитал этот ход. Сантана пыталась что-то сказать, но умолкла и опустила голову. Тиммонс с торжествующей улыбкой налил себе в бокал минеральной воды.
В дверь ресторана вошла Джина Кэпвелл. На ней было шикарное красное платье, на шее сверкало золотое колье, в ушах поблескивали бриллианты. В общем, постороннему наблюдателю трудно было сказать, что перед ним всего лишь владелица какой-то заштатной пекарни, которая, правда, пытается всеми силами стать ведущей в городе. Видимо, денег, которые Джине перепадали от Лайонелла Локриджа, вполне хватало на новые наряды и украшения. Трудно сказать, что из этих денег шло на развитие дела — скорее всего, лишь один доллар из сотни.
