Элис медленно катила тележку, уставленную подносами, по коридору дальнего крыла клиники доктора Роулингса. На этот раз тележка была покрыта свисавшими до самого пола белыми бумажными скатертями. Стараясь не привлекать ничьего внимания, Элис медленно продвигалась по коридору к двери, на которой было написано: «Изолятор». Осторожно оглядевшись по сторонам, Элис остановилась возле двери изолятора.
Убедившись в том, что за ней никто не наблюдает, она тихонько постучала по тележке. Из-под скатерти выбралась Келли. Оглядевшись вокруг, она торжествующе улыбнулась.
— Получилось, Элис, — прошептала она, — получилось. Все вышло так, как мы придумали. Теперь покажи мне, где он.
Элис показала на дверь изолятора.
— Идем.
Они осторожно, на цыпочках добрались до двери, и Келли, приложив ухо к дверному косяку, прислушалась.
Из комнаты не доносилось ни единого звука. Перл сидел на корточках дальней комнаты и, обхватив руками колени, мучительно искал выход из сложившегося положения.
— Ну думай же, думай, — едва шевеля губами повторял он. — Ты должен, должен найти что-нибудь.
В этот момент он услышал тихий голос из-за двери:
— Перл, ты здесь? Перл, отзовись.
Это был голос Келли. Перл мгновенно вскочил и бросился к двери. Пока он бежал к двери, Келли снова спросила:
— Ты здесь, Перл? Скажи хоть слово.
Приподнявшись на цыпочках, он осторожно выглянул в зарешеченное окошко в двери. Действительно, это были Келли и Элис. Стараясь не поднимать много шума, Перл воскликнул:
— Келли, это ты? Как я рад тебя видеть!
На ее лице было выражение крайней степени счастья.
— Перл, я тоже безумно рада тебя видеть. Я не думала, что ты вернулся. Я уже больше не надеялась встретить тебя.
Он стоял на цыпочках, вытянув шею.
— Как ты меня нашла, Келли? Ах, да. Я ведь совсем забыл — здесь была Элис.
Темнокожая девушка смущенно опустила глаза и улыбнулась.
— Да, — ответила Келли. — Это она помогла мне пробраться сюда. Вообще-то здесь очень строгий режим, и никого не пропускают, но Элис помогла мне.
Он радостно воскликнул:
— Большое тебе спасибо, Элис! Как нам повезло — у нас есть настоящий друг. Кстати, вам известно, чем занимается наш дражайший доктор Роулингс?
Келли отрицательно покачала головой.
— Нет, я не знаю, о чем ты говоришь. Но доктор Роулингс догадывается о наших взаимоотношениях. А еще он сказал, что ты никогда больше не вернешься сюда.
Они выпаливали свои слова скороговорками, опасаясь, что вот-вот могут появиться санитары. Тогда их такое долгожданное и, вместе с тем, неожиданное свидание прервется.
— Перл, как я ужасно рада видеть тебя, — чуть не плача от радости сказала Келли. — Мне было так грустно, когда я слышала от других, что ты больше не вернешься назад.
Келли вдруг умолкла и испуганно посмотрела по сторонам. Ей показалось, будто в коридоре раздались шаги. Но, убедившись в том, что все спокойно, она снова повернулась к Перлу.
— Да, я тоже очень скучал без тебя, — сказал он. — За то время, которое мы вместе провели в клинике, ты стала для меня очень близким человеком. Вот поэтому я и вернулся. Я вызволю тебя из этой клетки, не беспокойся, все у нас будет в полном порядке. Я найду способ, как освободить тебя отсюда. Она посмотрела на него с невыразимой симпатией. Точнее, в этом взгляде было нечто большее, чем просто симпатия. Это была влюбленность.
— Я думала о тебе, — сказала она, прильнув к двери. — Я все время думала о тебе. Мне было очень одиноко без тебя.
Теперь у нее на глазах выступили слезы.
— Да, я понимаю тебя, — прошептал Перл. — Я тоже думаю о тебе. Чем больше думаю, тем теплее становится у меня на душе.
Любовная горячка еще не целиком охватила Сантану, и она, на мгновение придя в себя, вырвалась из крепких объятий Тиммонса. Платье на ней было полурасстегнуто, одно плечо обнажилось, волосы растрепались. Безуспешно пытаясь бороться с бурной страстью, она отвернулась.
— Я знал, что ты придешь сюда, — тяжело дыша произнес Тиммонс.
Она поправила съехавшую на руку бретельку лифчика.
— Почему?
Он снова обхватил ее за плечи и притянул к себе.
— Потому что ты замечательная, сексуальная, ненасытная женщина. Я понимаю тебя и мне это нравится. Я хочу все время быть с тобой. Я всегда хочу тебя. Я преклоняюсь перед тобой. Она попыталась возразить.
— Это неправда, — дрожащим от возбуждения голосом сказала Сантана. — Ты просто хочешь польстить мне.
Он снова стал покрывать поцелуями ее лицо, жарко нашептывая в ухо:
— Это правда, правда. И ты сама знаешь это. Не принижай своих достоинств. Я люблю тебя.
Она снова покорилась его страсти. На секунду оторвавшись от него, она прошептала:
— Я пыталась бороться с собой. Поднимаясь в лифте, я говорила, что никогда не выйду на этом этаже, но я ничего не могла с собой сделать. Ничего.
Она умолкла, снова отдав свои губы для жаркого поцелуя. Когда Тиммонс оторвался от нее, чтобы отдышаться, она опять прошептала:
— Кейт, подожди, не надо так быстро.
— Чего ждать? — рассмеялся он.
Она поправила платье и провела рукой по волосам.
— Принеси мне воды.
Он недоуменно пожал плечами.
— Зачем? У тебя пересохло во рту от страсти?
Она виновато улыбнулась.
