— Да, да, — удовлетворенно сказал доктор Роулингс. — Я очень серьезно отношусь к своему врачебному долгу и перед тем, как выписать тебя из больницы, я должен убедиться в том, что ты сможешь нормально жить в обществе людей. Ведь сам понимаешь, для того, чтобы жить в коллективе, необходимо брать на себя определенные обязательства. И не только брать, но и исполнять их. Я должен быть твердо уверен, что ты полностью готов к этому.
Эти душеспасительные разговоры были только тонко рассчитанным ходом, тактической уловкой для того, чтобы развязать язык пациенту.
На самом деле, разумеется, доктор Роулингс ничего подобного и в мыслях не держал.
Пользуясь элементарной тактикой кнута и пряника, он таким образом добивался того, что больные попадали к нему в полное подчинение и зависимость.
— Ну так что? Ты согласен с моими словами? — доверительным тоном спросил Роулингс.
Мур заулыбался.
— Доктор, так вы считаете, что у меня есть надежда вернуться домой? Скажите мне, я уже здоров? Да или нет? Вы можете сказать мне правду?
Роулингс подошел к пациенту и уселся рядом с ним на краешек стола, мягко улыбаясь он сказал:
— Ты уже почти здоров, Оуэн. Но сначала я должен убедиться в том, что ты способен трезво мыслить.
Мур стал испуганно трясти головой.
— Но, но… Я думаю, что у меня все в порядке, я, наверняка, уже способен хорошо думать. Доктор, скажите только, с головой у меня все в порядке?
Роулингс уверенно кивнул.
— Да, я почти не сомневаюсь в этом. Но, как ты сам понимаешь, мне необходимо последнее доказательство.
Мур испуганно посмотрел на главного врача.
— Что вы имеете в виду? Какое доказательство?
— Я должен убедиться в том, что абсолютно здоров, — ласково улыбаясь, сказал доктор. — Мне нужно всего лишь небольшое свидетельство этого.
— Какое свидетельство?
Роулингс доверительно наклонился к Муру.
— Как ты сам понимаешь, главный врач клиники, чтобы лучше лечить своих пациентов, должен больше знать о них. Сам понимаешь, какую ценность для меня имеет информация о наших больных.
Мур снова перепуганно съежился.
— Я не понимаю, о чем вы говорите. Ведь вы все обо мне знаете. Я вам уже столько раз о себе рассказывал.
Роулингс улыбнулся самой обезоруживающей улыбкой, на которую был способен.
— Видишь, Оуэн, как ты прекрасно меня понимаешь. Ты относишься к числу тех пациентов, которые помогают врачам и во всем идут им навстречу. Но теперь, меня интересует информация о другом пациенте.
— О ком же?
Роулингс понизил голос до низкого шепота:
— Меня интересует наш новый больной. Мистер Леонард Капник… Ты не мог бы разузнать о нем побольше и рассказать мне об этом?
Мур озадаченно посмотрел на доктора.
— Вы поручаете мне шпионить за ним?
Испугавшись собственных слов, Мур стал озираться по сторонам.
Чтобы успокоить его, Роулингс рассмеялся, стараясь выглядеть как можно более естественно.
— Не говори ерунды, Оуэн. Я не прошу тебя шпионить. Мне просто ненавистно это слово.
Мур мгновенно обрадовался.
— Да, да. И мне тоже… Я тоже ненавижу это слово.
Роулингс отхлебнул кофе и продолжил:
— Да и вообще, Мур. Подумай сам, как можно шпионить за человеком, которого даже нет в клинике?
Оуэн потрясенно глядел на главного врача.
— Да, да, вы правы. Действительно, это невозможно, это правда.
— Ну разумеется, это правда, — убежденно сказал Роулингс. — Вот видишь, я не обманываю тебя. Я отношусь к тебе абсолютно честно. И ты должен относиться ко мне так же. Обещаешь?
У Мура не оставалось другого выхода.
— Да, — прошептал он.
— Ну, вот и хорошо.
Роулингс удовлетворенно прошелся по комнате.
— Поговори со своими приятелями, а потом зайди ко мне. Расскажешь все, что тебе удалось узнать. Договорились?
Мур растерянно опустил глаза.
— Да.
Тиммонс неспешно проследовал в зал ресторана «Ориент Экспресс» и уселся на стул, стоявший рядом с Сантаной.
Увидев его она торопливо полезла в сумочку.
— Я уже собралась уходить, Кейт. У нас с тобой ничего не получится, — поспешно сказала она.
Окружной прокурор поморщился.
— Это в такую-то рань? Сантана нервно взглянула на часы.
— Я не считаю, что еще рано. Наступил вечер и мне пора возвращаться домой. Скоро вернется Круз. Я должна расплатиться и уйти.
Пока она торопливо копалась в сумочке, Тиммонс, стараясь добиться максимальной театральности от произведенного эффекта, вынул из кармана ключ от президентского номера и помахал им перед глазами Сантаны.
— Еще только половина десятого, — успокаивающе сказал он. — А Круз приезжает не раньше, чем в одиннадцать.
Дрожащими руками она перебирала банкноты, пытаясь поскорее уйти.
— Кейт, я не хочу больше задерживаться! — возбужденно сказала она. — Я и так провела целый вечер в этом ресторане.
Тиммонс лукаво улыбнулся.
— Поверь мне на слово, в президентском номере стоит побывать хоть раз в жизни. Давай заглянем туда. Только ненадолго. Ты просто посмотришь на обстановку и, может быть, мы выпьем по чашечке кофе.
Его слова действовали на Сантану почти гипнотически.
Растерянно улыбнувшись, она сказала:
— Ты снова обольщаешь меня, Кейт. Он торжествующе улыбнулся.
