— Ты же и сейчас в форме, — сказала Иден.
— Если я вижу перед собой красивую девушку, то забываю обо всем на свете.
— Может, ты еще забудешь одет ты или раздет? Официант засмеялся.
— Да нет, я хоть и работаю возле океана, на пляже, но мне всегда приходится быть в форме — пиджак, галстук, белая рубашка…
— И неужели тебе никогда не хочется побыть легко одетым?
— Конечно хочется, но работа есть работа.
— А у вас здесь хороший ресторанчик, — Иден решила польстить официанту, — и сегодняшний вечер мне очень понравился — все было очень вкусно.
— Это потому, — сказал официант, — что ты договорилась с владельцем, и он разрешил тебе использовать кухню. Если бы такого согласия не было, я не знаю, что бы мы тогда делали.
— И что бы было? — поинтересовалась Иден.
— Вам пришлось бы есть какую‑нибудь дрянь из прибрежных баров, там, где она лежит в холодильниках по десять дней. А у нас кухня, все свежее…
— Я тебе очень благодарна, — Иден потрепала официанта по плечу.
Тот расплылся в самодовольной улыбке.
— Иден, ты чудесная девушка. Сколько мы с тобой знакомы уже?
Иден только собралась ответить, как официант предостерегающе поднял руку.
— Нет, я не хочу слышать, ты обязательно ошибешься: скажешь или слишком мало или слишком много.
— Когда здесь все закончится, ты завезешь меня в город на своей машине? — спросила Иден.
Парень задумался.
— Конечно, можно, но получается, что я зря тратил возле тебя силы.
— Так ты не собираешься отвезти меня домой? — засмеялась Иден.
— Я думаю, лучше будет заехать нам в клуб. Как ты на это смотришь?
— В клуб? — Иден задумалась. — Идея неплохая, но я думала, ты предложишь что‑нибудь пооригинальнее.
— А что еще можно предложить в нашем городе?
— Я даже не знаю, принять твое приглашение или нет.
— Иден, но в чем дело? Почему не видно восторга? Я думал, ты будешь на седьмом небе от счастья.
— Ладно, — махнула рукой Иден, — я согласна, клуб так клуб. Но только у меня есть одно условие.
— Какое?
— Я должна переодеться. Не буду же я в клубе в этом идиотском вечернем платье? На меня будут пялиться.
— А это было бы неплохо, — задумался парень, — все бы смотрели на тебя, а я бы рядом с тобой тоже блистал.
— Я не сказала "блистать", — сказала Иден, — все будут пялиться на меня как на дуру, которая перепутала оперу и клуб.
— А что же мы тогда сидим? — спросил парень.
— Ну как же, нужно дождаться конца вечеринки. Официант подмигнул Иден.
— По–моему, родители слишком заняты собой, чтобы заметить твое отсутствие.
— Вот это правда, — кивнула Иден.
— А Джимми один со всем прекрасно справится. Самое большое, что им понадобится — это шампанское и кофе. Но только тихо, — парень приложил палец к губам Иден. — Посиди здесь, а я сбегаю посмотрю, все ли в порядке.
— Ладно.
Иден осталась одна. Она облокотилась о поручни балюстрады и принялась смотреть в темнеющий океан. Он колыхался черной массой, лишь на самой линии прибоя вспыхивали люминесцентно–белые гребни волн.
"Боже мой, как красиво! Почему я так редко выхожу ночью к океану? Это такая красота, созданная самим богом, а я ее постоянно игнорирую. Но так уж создан человек, что его занимает работа, дела, он всегда куда‑нибудь спешит и не знает, где его может ждать счастье и спокойствие, а главное — красота. Ведь самое главное в жизни — красота".
Иден прислушалась к разговору официантов, к воркованию своих родителей.
"Да, другим словом это нельзя назвать, — решила Иден, — они просто сошли с ума: так обниматься, говорить такие слова. Они перестали замечать все вокруг. И в самом деле, если я уйду, то никто меня не хватится. Они и так счастливы, счастливы без меня, и я только им буду мешать".
От нечего делать Иден стала считать удары волн: раз, два, три, четыре… Но, поняв всю бессмысленность этого занятия, подумала:
"Какого черта я занимаюсь этим идиотским делом? Волны падали до меня и их, наверное, никто не считал. Они будут падать и после меня, этот бесконечный гул, то громкий, то тихий, никогда не остановится, буду я считать или нет. Так и моя жизнь — она не зависит от того, что я делаю, словно эти волны, которые откатывают и накатывают. Когда есть больше счастья, когда меньше, а иногда, когда я очень счастлива, то я и вовсе не думаю ни о чем. Мне приятно жить. Это как сегодня: все вокруг счастливы, довольны и я здесь лишняя. Должна же я вспомнить и о себе".
Иден поправила свои волосы и пожалела, что нигде рядом нет зеркала. Она очень боялась, что тут, на свежем воздухе, волосы ее слишком сильно растрепались и она может выглядеть неряшливо.
И тогда Иден достала из сумочки маленькую пудреницу, отщелкнула крышку и посмотрела в зеркальце. Но как она ни старалась, все ее лицо не могло одновременно уместиться в маленьком зеркале. Иден уже и вытягивала руку и пыталась посмотреться, склонив голову себе на плечо, но наконец, она сообразила как поступить.
