— Тогда, чтобы как‑то тебя развеселить, я предлагаю игру. Я хочу сыграть, — Самуэль Лагранж обвел присутствующих взглядом и остановил свой выбор на Дэвиде, — с моим гостем.
— Во что же? — поинтересовался Дэвид.
— А это мы сейчас и решим. Главное, не во что играешь, а что ставишь на кон.
Дэвид развел руками.
— Но у меня практически нечего ставить.
— А это и не нужно, — успокоил его Самуэль Лагранж, — главное — азарт, желание выиграть. И поэтому я могу предложить одну забавную игру: деньги на кон ставить буду только я, — Самуэль Лагранж осмотрел присутствующих, — только я, и поставлю я на кон пятьсот тысяч. А вы, Дэвид, можете проверить свою удачу. Я могу эти деньги проиграть, а вы можете выиграть, ничего не проиграв.
— Как? — не понял Дэвид Лоран и пристально посмотрел на Самуэля Лагранжа.
Тот казался веселым и беспечным.
— Просто, ведь деньги — ничто, они приходят и уходят, тем более, пятьсот тысяч — это не такая сумма, из‑за которой я сильно расстроюсь, хотя деньги немалые.
— Но здесь мы не в равных условиях, — заметил Дэвид Лоран, — вы ставите деньги, я же не ставлю ничего.
— Вы… — Самуэль Лагранж задумался, — просто проверите, удачливы ли вы в жизни. У вас есть блестящий шанс — ничего не теряя, приобрести, и приобрести довольно значительную сумму.
— Да, — Дэвид осекся, он нащупал в кармане монету, подаренную ему старым официантом, — в принципе, я согласился бы сыграть, — у Дэвида в голове уже шевельнулась злорадная мысль, как он может обыграть Самуэля Лагранжа.
Но тут же он подумал:
«А если раскроется обман? Если его уличат? Ну, что ж, если уличат, то я все переведу в шутку, все посмеются, все останутся довольны. А если никто ничего не заметит, то я смогу выиграть деньги».
Он немного растерянно улыбнулся:
— Условие, конечно, для меня очень выгодное и отказаться с моей стороны было бы большой глупостью.
— Вот и я думаю, а если вы выиграете, значит, вы счастливый человек, Дэвид.
Увидев как рассуждают Дэвид и Самуэль, Шейла подошла к ним.
— Значит, все остается, как договорились: я ставлю пятьсот тысяч, а вы, Дэвид, не ставите ничего. Так во что мы будем играть? — пытливо взглянув на Дэвида, спросил Самуэль Лагранж.
— Проще всего швырнуть монету и посмотреть, кто же выиграл.
— Швырнуть монету? — Самуэль Лагранж задумался, — в принципе, мысль резонная и довольно занятная. Монета — беспристрастная вещь. Когда‑то в детстве я любил забавляться этой игрой, и, знаете, Дэвид, мне ужасно везло, я обыгрывал всех своих сверстников, обыгрывал даже взрослых, которые пытались играть против меня. Так что здесь я в очень выгодном положении.
— Но и мне везло в детстве, — твердо сказал Дэвид.
— Да, но у меня, к сожалению, нет монеты, — Самуэль Лагранж немного растерянно улыбнулся. Сейчас, я обращусь к Бобу, скорее всего, у него есть.
— Не надо, — остановил его Дэвид Лоран, вытаскивая из кармана долларовую монету.
— О, замечательно, у вас есть монета. Что ж, ваша монета и за вами ход.
— Что выигрывает? — спросил Дэвид.
— Можете выбрать сами, видите, я не сомневаюсь в своей удаче, но мне всегда везло на «решку». Чтобы игра была честной, — продолжал Самуэль Лагранж, — подбрасываю я, а вы ловите. Хотя нет, — остановился он, — пусть все сделает Сильвия. Значит, вы поставили на «орла», а я на «решку».
Сильвия уже не скучала.
— Полмиллиона, — сказала она, — приятно решать судьбу денег, таких больших денег.
Она приняла монету из рук Дэвида и высоко подбросила ее вверх.
— Ловите! — крикнул Самуэль Лагранж, и Дэвид поймал монету. — Ну, что ж, посмотрим.
Дэвид медленно разжал кулак.
— «Орел»! — воскликнула Сильвия, — Самуэль, ты проиграл.
— Ну, что ж, — вздохнул Самуэль Лагранж, — это всего лишь половина того, что для меня выиграла ваша жена. Так что, мы квиты. Проигрыш есть проигрыш — Самуэль вытащил из кармана чековую книжку и тут же, на коленях, выписал чек.
Дэвид не мог скрыть своего волнения, монета жгла его пальцы. Он как бы тайком опустил ее в карман пиджака.
— Шейла, — сказал Самуэль Лагранж, передавая Дэвиду чек, — ваш муж тоже очень удачливый человек даже более удачливый, чем я.
— Но у меня, почему‑то есть уверенность, — сказал* Шейла, — что если бы вы бросили монету, то Дэвид бы проиграл.
— Это игра, — сказала Сильвия, — всегда кто‑то выигрывает или же проигрывает.
А Дэвид стоял, сжимая в руках чек. У него внезапно появилось желание признаться во всем, перевести все в шутку, но он встретился взглядом с Шейлой, в нем было восхищение и нескрываемая радость, ведь эти деньги решали все их проблемы.
— Шейла, я бы хотел пригласить вас на танец, — сказал Самуэль Лагранж. — Я думаю, Дэвиду стоит побыть одному, немного прийти в себя, ведь он даже побледнел.
Дэвид еле унял дрожь в руках.
Так и сжимая чек в руках, он подошел к Бобу Саймаку и Вальтеру.
— Я поздравляю вас, мистер Лоран, — телохранитель пожал Дэвиду руку, — не каждый день бывает такая удача.
Но тут же на плечо Дэвида легла рука Сильвии:
— Можно я приглашу тебя на танец? — сказала она, — мне очень хочется потанцевать со счастливым человеком.
Сильвия тесно прижалась к Дэвиду, и они стали медленно танцевать.
