Он остановился у первого попавшегося ему магазина на окраине городка, выскочил из машины, вошел в прохладное помещение.
— Мне нужен костюм и рубашка, — сказал он моложавому служащему.
Тот приветливо заулыбался.
— Я понимаю, мистер, что вам нужен легкий дорожный костюм? — служащий пристально с ног до головы осмотрел Мейсона и брезгливо отвернулся.
И Мейсон только сейчас увидел свое отражение в большом зеркале.
«Боже, на кого я похож!»
Он, даже не споря и не обсуждая, принял свертки из рук служащего, быстро рассчитался и, покинул магазин.
«А теперь мне надо обязательно принять душ. Вода должна смыть с меня всю эту грязь и усталость. Это единственное. И еще — самое главное — надо запретить себе пить. Да, но ведь я поклялся Мэри, пообещал, что со мной будет все в порядке, и она меня спасла. Пить я не буду», — подумал Мейсон и понял, что своего обещания он не нарушит.
— А теперь отель, — произнес Мейсон, оглядываясь по сторонам на указатели.
Он увидел небольшое трехэтажное здание и остановился у его крыльца. Держа свертки в руках, он поднялся и вошел в холл.
Портье изумленно посмотрел на него.
— Мне нужен номер.
— Вы надолго, мистер?
— Не знаю, — Мейсон пожал плечами, вытащил из кармана бумажник.
— Нет–нет, вы можете рассчитаться потом, — остановил его услужливый портье, — ваш номер — семнадцать, — он обернулся, снял ключ и подал его Мейсону.
И тут вновь с Мейсоном произошло что‑то ужасное. Когда он вошел на второй этаж, его сердце похолодело. Он стоял в конце длинного темного коридора.
«Это как салон самолета».
Царила гнетущая тишина, Мейсон слышал биение своего сердца и свои тяжелые, шаркающие, как у очень старого человека, шаги. Он остановился перед белой дверью, вставил в замочную скважину ключ, повернул его и вошел в номер.
«Здесь все так спокойно, как будто бы нет никаких трагедий».
Он буквально сорвал с себя грязную, пропитанную потом и дымом одежду, и вошел в душ. Мейсон повернул ручки крана, но из раструба душа на него брызнула пронзительно–ледяная вода. Мейсон зябко поежился, но тут же радостно вздохнул и расправил плечи.
«Может и хорошо, что нет горячей воды, наверное, я смогу прийти в чувство».
Через четверть часа он стоял перед большим зеркалом. Странно, но он совершенно не ощущал холода. Он пристально рассматривал свое тело. На нем было только две раны — глубокий шрам на левом запястье и такой же глубокий темный шрам под левой грудью.
Мейсон улыбнулся и ногтем большого пальца провел по шраму на груди.
«Странно, но я не ощущаю боли. И на что это похоже? — Мейсон расправил руки в сторону. — Да, это похоже на рану от копья. Наверное, я о себе слишком возомнил. Ведь он вознесся в облака, а я рухнул вниз. Но все равно, наши раны удивительно похожи» — и Мейсон сжал рану на своей груди.
Выступило несколько капель крови. Мейсон провел по ней пальцем и слизнул. Сейчас он уже не чувствовал тошнотворно–сладкого запаха крови. Он быстро переоделся, причесался и покинул отель.
Мейсону повезло. Он недолго колесил по узким улочкам городка. После расспросов ему объяснили, где живет Мария Робертсон.
Мейсон затормозил у невысокого одноэтажного дома в густой зелени сада. По узкой тропинке он подошел к невысокому крыльцу, несколько мгновений улыбаясь постоял на крыльце — и только потом его рука легла на звонок.
Дверь распахнулась, и Мейсон отступил в сторону. Женщина с еще влажным бельем, перекинутым через руку, с недоумением смотрела на пустое крыльцо.
— Чертовы мальчишки, — улыбнувшись сказала она и уже собиралась отступить назад в дом, как вдруг Мейсон сделал шаг и оказался лицом к лицу с Марией Робертсон.
Глаза женщины быстро заморгали, рот искривился, но потом на нем появилась радостная улыбка.
— Мейсон Кэпвелл? — воскликнула женщина. — Я не верю своим глазам, ты жив?
«Странно, почему она сказала так» — молнией пронеслась в голове Мейсона мысль.
— Ты в моем доме после стольких лет?
— Да, Мария, это я. И я даже сам не знаю, что я здесь делаю, просто мне очень надо тебя увидеть.
— Входи, входи, — женщина немного виновато улыбнулась, — извини, у меня не убрано.
Она провела Мейсона Кэпвелла в гостиную, усадила на диван, а сама еще несколько мгновений суетливо оглядывалась по сторонам, не зная куда же сбросить влажное белье.
— Мейсон… Мейсон Кэпвелл… А ведь я тебя очень часто вспоминала и даже… — Мария улыбнулась, — иногда я тебя видела во сне.
— А я тебя вспомнил только сегодня, вспомнил, и приехал.
— Что же произошло из ряда вон выходящее, чтобы ты, Мейсон Кэпвелл, вспомнил обо мне? — женщина опустилась в кресло напротив Мейсона, забросила ногу за ногу.
