— Все, что я могу посоветовать, дочка — будь готова ко всему. События могут повернуться самым неожиданным образом.
Иден ошеломленно посмотрела на мать.
— Неужели ты считаешь, что все настолько серьезно?
София не выдержала ее испытующего взгляда и отвернулась.
— Не знаю, но на твоем месте я бы приготовилась к самому худшему.
— А что может быть хуже?
Иден выглядела подавленной.
— Семейная жизнь Круза уже нарушена, а о том, что чувствую я, тебе хорошо известно, мама. Не знаю, вряд ли я смогу просто сидеть, сложа руки, и ждать, как будут развиваться события. Это не в моих правилах. Я и так уже слишком много ждала и терпела.
Она медленно зашагала через всю гостиную к выходу из дома.
— Ты куда? — встревоженно окликнула ее София. Иден остановилась на полпути.
— Сегодня очень жарко. Пожалуй, я пойду, искупаюсь в бассейне и переоденусь. Мне надо освежиться.
София недоверчиво покачала головой.
— А мне показалось, что ты уходишь.
Иден хмуро покачала головой.
— Нет. А что?
София тяжело вздохнула.
— Мне кажется, что тебе лучше было бы остаться дома.
Иден удивленно повела головой.
— Почему?
София выглядела смущенной.
— В твоем положении это было бы вполне естественно, — неопределенно ответила она. — Я думаю, что тебе сейчас не стоит показываться на людях.
Иден не скрывала своего разочарования.
— Ты заодно со всеми? — с горечью спросила она. — Ради бога, мама, ведь не я затеяла этот процесс, чтобы завладеть Крузом Кастильо. Я не собираюсь переезжать к нему, как только его жена окажется в тюрьме. Неужели ты подозреваешь меня во всех смертных грехах? Подумай сама, зачем мне это нужно? Я не скрываю своих чувств к Крузу, но это совершенно не значит, что я собираюсь мгновенно броситься ему на шею. У меня есть собственное чувство гордости.
София выглядела по–прежнему сомневающейся.
— Ну, хорошо. Допустим, сегодня ты этого не сделаешь. А завтра? Ты напрасно собираешься скрыть от меня свои настроения.
Иден ошеломленно отступила назад.
— Это нечестно, — со слезами на глазах произнесла она. — Мама, ты должна быть на моей стороне. У меня достаточно врагов в этом городе. Если еще и близкие начнут клевать меня, то неизвестно, что со мной будет.
София вдруг почти физически ощутила острое чувство жалости по отношению к дочери.
Иден, словно прочитав ее мысли, тут же воскликнула:
— Мне как‑то странно говорить об этом. Не надо жалеть меня. Все думают, что я гоняюсь за Крузом, и забывают, что меня едва не убили.
София с досадой взмахнула рукой.
— Да, я помню об этом, помню, Иден. Поверь, я целиком на твоей стороне. Но мне непонятно другое — как ты оказалась на этом шоссе в столь поздний час. Что ты там вообще делала?
Иден принялась горячо объяснять.
— Мама, я думала… Или мне показалось, что между Сантаной и Кейтом…
Она вдруг осеклась на полуслове, увидев, как мать, пытаясь смахнуть проступившие на глазах слезы, расстроенно отвернулась.
— Хорошо, — дрогнувшим голосом сказала Иден, — я поняла тебя. Больше не нужно никаких объяснений. Но и ты должна понять меня, мама. Я никогда не скрывала и не говорила, что мне безразличен Круз Кастильо. Но я не собираюсь разрушать его брак. В ту ночь я хотела удостовериться, что Круз больше не интересует Сантану.
София вытерла слезы.
— Да, это был, конечно, неплохой ход с твоей стороны, — сокрушенно промолвила она. — Мне очень жаль, что ты кое–чего не понимаешь, Иден. Я люблю тебя, я тебя очень люблю. Ты моя дочь, и я желаю тебе только добра. Но посмотри, в какой ситуации ты оказалась. Ведь ты фактически выслеживала Сантану. Я, конечно, не вправе осуждать тебя за это. Но ты никогда не должна забывать о том, что такое собственное достоинство. Нельзя терять его и нельзя им жертвовать ни при каких обстоятельствах. Сейчас Круз будет еще сильнее привязан к Сантане. После того, что произошло, он наверняка посчитает своим долгом остаться с ней и морально помочь ей. Ты же знаешь, как сильно у Круза развито чувство долга. Пусть даже жена изменяла ему, однако теперь, когда она попала в такую тяжелую ситуацию, он не оставит ее одну. Ты должна была бы понимать это лучше других. Никто другой в этом городе не знает характер Круза так, как ты. Но мне показалось, что ты предпочитаешь закрыть на это глаза. Иден отрицательно покачала головой.
— Ты напрасно так думаешь обо мне, мама. Я прекрасно понимаю, что он останется верен клятвам, которые дал самому себе. Неверная жена будет за решеткой, горечь измены пройдет. Останутся лишь приятные иллюзии.
София тяжело вздохнула.
— Это звучит цинично. Ты могла бы подобрать и другие слова.
Иден на мгновение задумалась.
— Да, кажется, я начинаю понимать, что поступаю не очень умно.
С этими словами она развернулась и вышла из дома.
София вернулась к окну. Хотя сейчас никого вокруг не было, она не могла дать волю своим чувствам. София пыталась сдерживать слезы, но они непослушно текли из ее глаз…
— Ну, что там? — озабоченно спросил Перл. — Полицейская машина по–прежнему стоит на пирсе?
Оуэн, который внимательно вглядывался в происходящее за окошком иллюминатора, на мгновение оторвался от наблюдения.
