— Ну что ж, если хочешь, — грустно ответил он. — Я думаю, что за Элис присматривать не нужно. Я сам о ней позабочусь. Сейчас мне требуется от тебя другая помощь.
— Я сделаю все, что ты захочешь. Ты можешь целиком и полностью положиться на меня.
— Ну что ж, тебе придется вспомнить искусство перевоплощения. Мне сейчас нужна информация. Ты помнишь ассистента доктора Роулингса. Как же его звали?.. Кажется Генри. Генри…
— Беллоуз, — подсказала Кортни.
— Да, да, Беллоуз, — обрадованно воскликнул Перл. — Такой толстый, довольно неприятный тип с большими очками на носу. Нам нужно выяснить все о прошлом Элис. Может быть, если тебе удастся снова найти этого Беллоуза, тебе удастся раздобыть у него хоть какую-нибудь информацию об Элис. Меня интересует все, что только возможно узнать. Сколько ей лет, как давно она попала в клинику Роулингса, каков диагноз ее заболевания, какими методами ее лечили ну и так далее. Сама понимаешь, что я имею в виду.
— Да, конечно.
— Да, а я, тем временем, постараюсь проникнуть в клинику Роулингса еще раз и ознакомиться с ее медицинской картой. Думаю, что сейчас мне будет не трудно это сделать. Я уже нашел способ. В общем давай будем действовать одновременно на двух фронтах.
— Хорошо, я все сделаю.
Он посмотрел на нее с выражением такой благодарности на лице, что Кортни едва не прослезилась.
— Опять ты связалась со мной, — с легким оттенком горечи сказал Перл. — Я тебе уже стольким обязан.
— Я на все готова ради любимого.
— Прости, что я не давал о себе знать, но я помнил о тебе.
— Значит…, значит, — дрожащим голосом сказала Кортни. — Ты любишь меня?
— Ты много, очень много значишь для меня, Кортни. Ты дорога мне.
— Хорошо, что ты сказал об этом. Так мне будет легче.
Перлу хотелось сказать этой девушке еще что-то доброе, хорошее. Он бы очень хотел признаться ей в любви. В самых горячих и нежных чувствах.
Однако, у него не нашлось ни сил, ни слов для того, чтобы ободрить ее. Слишком сильны были сейчас чувства, которые он испытывал к Келли. Все, что он сейчас мог сказать Кортни — это лишь слова своей глубокой благодарности. Но любви, любви давно не было…
— Да, — хмыкнул Тиммонс. — Я уверен в том, что у тебя все получится. Ты прекрасно справишься с заданием. Джина в вечернем платье с весьма откровенным вырезом на груди, опираясь на костыли, заканчивала последние приготовления к торжественному ужину с Мейсоном. Она аккуратно разложила салфетки и расставила бокалы.
Стол венчал шикарный подсвечник, который должен был подчеркнуть особую интимность происходящего.
— Да… Ты молодец, Джина!.. — отвесил ей комплимент окружной прокурор. — Такой шикарный стол потребовал от тебя, наверное, немалых жертв…
— Спасибо, Кейт. Мне действительно пришлось влезть в долги, но в ресторане «Ориент Экспресс» мне пока отпускают в кредит. Они верят в мое честное имя.
— Твое честное имя? Да ты, наверное, шутишь!.. И, вообще, — на лице его появилась гримаса неудовольствия. — Почему ты никогда не заказываешь такой обед для меня?
— Такая еда не всегда уместна. Ну, представь себе… Что означал бы такой ужин в компании с любовником? Ты бы просто набил себе брюхо и в изнеможении отвалился от стола. А мне от тебя не это надо… Я собираюсь сбить Мейсона с пьедестала, на который этот глупыш забрался.
