— Хорошо, Лайонелл, учитывая все обстоятельства, я пришел к выводу, что нужно решать это дело официальным путем. Наступило время, когда мы должны обратиться в полицию.
Лайонелл вдруг сник. Растерянно хлопая глазами, он отступил на шаг назад и шумно вздохнул.
— Я не знаю, СиСи, что делать… Я нахожусь в совершеннейших потемках. То, что со мной случилось на причале, почти не оставляет мне никаких надежд на то, что Августа уцелеет. Не знаю, доводилось ли тебе испытывать что-то подобное. Я пребываю в полнейшей растерянности…
Он отвернулся и в отчаянии закрыл глаза рукой. София нерешительно сказала:
— Лайонел, может быть, нам действительно послушаться совета СиСи и обратиться к Крузу? Если мы будем затягивать все это еще неизвестно сколько, последствия могут оказаться значительно более тяжелыми. Сейчас у нас все-таки остается хоть какая-то надежда…
— Какая надежда? Какая? София, пойми, они требовали, чтобы я ни в коем случае не сообщал полиции о похищении Августы. Они требовали, чтобы я был па причале один. Ни одно из этих условий я не выполнил. Сейчас они вольны поступать с Августой так, как им заблагорассудится.
— Ты забываешь об одной положительной стороне случившегося, — сказал он.
— Разве в этом могут быть какие-то положительные стороны? По-моему, мы с тобой безнадежно пропалили дело. Все что от нас требовалось — это собрать деньги и передать их похитителям так, чтобы никто об этом не знал.
— Вот именно, Лайонелл. Ты забываешь о том, что должен был передать им деньги в обмен на супругу. Но ведь ты этого не сделал.
— А что же в этом хорошего?
— Не знаю, может быть, боязнь за Августу притупила твой разум, — с легким налетом снисходительности сказал Кэпвелл. — Но ведь ты должен ясно отдавать себе отчет в том, что, пока преступники не получили выкуп за Августу, им нет никакого смысла расправляться С ней. Ты говорил им, что собрал деньги?
— Да, — хмуро буркнул Локридж. — Я показывал чемодан.
— Отлично! Значит они знают о том, что деньги у тебя есть. Их просто напугало появление частного детектива. Ничего страшного, я думаю, из-за этого они не откажутся от своего намерения. Все-таки два миллиона долларов — это большие деньги. Маловероятно, чтобы они упустили такую добычу из-за каких-то пустяков.
— Ты думаешь, слежка — это пустяк? Ведь таким образом у нас была реальная возможность проследить, где они скрываются, а это мало кому может прийтись по вкусу. Хорошо, если бы все было так, как ты говоришь, СиСи… Но я почему-то не уверен в том, что они сделают повторную попытку забрать выкуп.
— Ну, до чего же ты глуп, Лайонелл! Я тебе уже битый час говорю о том, что бояться нечего! Они обязательно дадут о себе знать. Похитители никогда в жизни не откажутся от такого выкупа. Что из того, что дело сорвалось в первый раз? Они не оставят попыток завладеть деньгами. Можешь не сомневаться. Преступники в ближайшее же время свяжутся с тобой.
Словно в подтверждение его слов телефон, стоявший на столике в углу гостиной, зазвонил.
СиСи направился к телефону и уже потянулся к трубке, когда Лайонелл, до которого, наконец, дошел смысл сказанного Ченнингом-старшим, воскликнул:
— Погоди! Дай, я сам подойду!.. Возможно это они…
— Алло! Да, Лайонелл Локридж слушает!..
Некоторое время он слушал, что ему говорили по телефону, а затем внезапно севшим голосом произнес:
— Как скажете…
Он выглядел таким растерянным и несчастным, что ни СиСи, ни София некоторое время не могли заговорить с ним.
— Ну, что? Это были они?
— Да.
— Ну, так что? Что?
Хватая губами воздух, словно ему не хватало кислорода, Лайонелл обреченно махнул рукой.
— Ты был прав, СиСи. Они хотят получить выкуп.
