Лагерь для проживания обустроен, пара лестниц собрана и сколочена для штурма, теперь мы здесь только мешаться будем и места лишнее занимать. Или еще что-то нас ждет?
Когда, и точно собрали нас всех на очень маленьком куске земли за одной из палаток, все же не похожей на нашу земную юрту, как я себе представлял. Закрытые такие жилища получились, жаркие очень днем, впрочем, кажется эти высокие температуры нелюдям в удовольствие.
Пятерых мужиков и двух девушек положили вместе, ограничив наше размещение всего пятью метрами, пришлось спать вплотную друг к другу, чем мужики и воспользовались, когда наступила темнота.
Крупную женщину увели с собой, потом мы явственно расслышали ее вскрик около костра, вскоре у орков начался праздник живота, как мы все поняли наглядно.
Опять чувство полной безнадежности и ненависти охватило меня, вот хладнокровно убили женщину почти у меня на глазах и ничего нельзя изменить. Очень это понимание давит на голову, когда рядом с тобой хладнокровно, как скотину, режут на мясо уже немного знакомую женщину. Очень сильное желание перерезать поводок, вскочить и вонзить свой нож в первого попавшегося нелюдя. Остальные рабы тоже угрюмо уставились на носки своих чунь, только, они к такому побольше именя привыкли.
Жаль, что абсолютно нет никакой возможности сейчас что-то предпринять для своего освобождения, костры горят со всех сторон. При первом же шаге в сторону со стоянки меня заметят, с радостью устроят облаву на такого наглого раба, опрометчиво выбравшегося за территорию своего племени, остальные нелюди.
Если успею добраться до другого племени, там убьют без разговоров, никто раздумывать не станет, почему я тут один гуляю. Или вернут обратно хозяевам на долгие муки.
Вообще, веселые крики доносятся со всех сторон, все племена дружно отмечают начало битвы за крепость. Завтра точно пойдут на штурм, как я понимаю, а сейчас — обильный, праздничный ужин.
А вот что ждет нас — трудно понять, местные о чем-то между собой шепчутся, пример нашей подруги по несчастью всем давит на психику, все понимают, что этот конец ждет нас всех рано или поздно.
Я думал, что все рабы обессилели за тяжелый день, полный переноски грузов и устройства лагеря, однако, ночью проснулся от настойчивых толчков со стороны своего соседа.
Мужик часто задевает меня задом, похоже, с кем-то занимается любовью.
Как бы не с соседом напоследок — испугала меня такая мысль, однако женские тихие вздохи совсем рядом объяснили мне случившееся.
Да, такой момент перед неминуемой смертью, когда уже нечего терять, зато, можно отвлечься и развлечься хоть так напоследок с оказавшимися рядом женщинами. Которых могут завтра тоже отправить в котел, или эта судьба ждет одного из рабов-мужчин, от такого смертельного сюрприза никто из нас не застрахован.
Девушки решили отдать свою невинность людям, а не беречь ее для орков, которые должны давно начать пользовать их. Однако, что-то не спешат пока с этим делом, наверно, из-за похода и каких-то своих условностей в это время.
Или у них другие планы на пленниц, кроме как с сексуальным подтекстом, может, просто гастрономические.
Мужик что-то негромко шепчет девушке, при отблесках огня костров я вижу, что рядом со второй рабыней тоже что-то происходит. Перед неминуемой и страшной смертью все хотят забыться, получить немного тепла и ласки, поэтому мужики не отстают от девушек всю ночь, активно двигаясь и толкая их по очереди.
Как только такие амуры не спалил дозорный за этим делом, он каждые полчаса подходит к нам и светит факелом, пересчитывая все поводки на штыре, снова забитом в землю.
Мужики активно передвигаются среди нас, перелезают друг через друга, не забывая контролировать свои веревки, чтобы наглядно было видно, сколько народа здесь продолжает находиться.
Как-то не спалил, поэтому утром на мужиках лица нет, всю ночь активно прокувыркались, сдерживая сладострастные стоны. Получив девичьи тела рядом в близком доступе и уговорив девчонок, что терять теперь всем нечего.
Вот так вот, реально скоро все в котел попадем, но, потрахаться напоследок не откажемся.
Мне ничего не предложили по бабской части, да я и сам не рвусь, понимая, что продолжаю оставаться непонятным иномирянином для всех остальных местных. Да и не понимаю я ничего на их языке, который здорово так отличается от короткого рычания орков. И не до этого мне сейчас, голова только о том, как сбежать и выжить, думает.
Вроде нормальный язык, как я смог расслышать слова между стонами и переменой мест, постоянно местное "да" раздавалось всю ночь…
Требуется мне только оказаться непосредственно около крепости и, если там мне повезет на секунду освободиться от присмотра, стоя около воды, я смогу прыгнуть в воду протоки, доплыть до реки, постоянно ныряя, а там уже считай — свободен.
Что делать после побега, там посмотрим, однако, я уверен в одном — я готов убивать нелюдей всю свою жизнь, сколько бы мне ее не отпустила судьба.
Готов заниматься этим делом с огромным удовольствием, пока смерть не остановит меня.
