Подхватываю огнемет и сразу иду в подземелье, собираясь оставить графа с наемником в полной темноте, поэтому терпеливо даю возможность его сиятельству открыть найденный на полке каменного шкафа светильник, причем открыть его с десятой-двадцатой попытки и включить самому.
В подземелье в свете своего прибора включаю молекулярный огнемет на одно переключение, после чего какое-то время разглядываю обозначенную таким синеватым цветом границу действия огнемета, уже выключив висящий на груди светильник.
— Примерно тридцать на тридцать метров и столько же в глубину получается, — говорю себе, разглядывая синеватое цветом излучение на фоне темного подвала.
И направляю его на останки Твари, которые теперь как-то уж слишком невероятно ядовиты.
— Как бы там народ на площади дохнуть не начал! — еще и об этом сейчас переживаю. — Наверно такая заразная, потому что просто свежая и еще хорошо разрезанная?
Потом слежу, как постепенно исчезают щупальца и черного цвета тело вместе с каменными плитами пола в тех местах, где их коснулось излучение.
Приходится подкорректировать угол наклона огнемета, чтобы он касался только останков самой Твари, нескольких потеков ее крови или еще какой-то жидкости. Все же органика разлагается гораздо быстрее того же каменного пола, это мне хорошо заметно.
Когда все исчезает в синеватом свете, я прохожусь огнеметом по пространству вокруг бывших останков, желая по максимуму обеззаразить здесь даже сам воздух от ядовитых миазмов.
Потом сжигаю ее детенышей, старательно выжигая пространство вокруг них тоже.
Еще прохожусь по всему подземелью, не жалея энергоячейку, хорошо понимая, что миазмы тела Твари тут уже везде сильно распространились. А их нужно разложить вот таким молекулярным образом на как можно большом расстоянии и с максимальным объемом.
Потом выключаю огнемет и включаю светильник, рассматриваю снова все подземелье, пострадавший местами пол и захожу в свою ТАБЛИЦУ.
— Черт! Эта Тварь даже во время своего уничтожения сняла у меня еще одну единицу РЕГЕНЕРАЦИИ! — ругаюсь я вслух, больше для того, чтобы мои спутники меня слышали.
— Все в порядке, норр? — тут же отзывается граф из-за угла. — Вы закончили?
— Теперь да. Возвращаюсь к вам, пришло время подняться по лестнице и хорошо рассмотреть дорогого покойника! — сообщаю им. — Весьма дорогого покойника!
Мы встречаемся около лестницы и заходим на пару этажей повыше, чтобы удалиться подальше от оставшихся в подземелье остатков яда.
— Еще поднимемся на пару этажей и выключим светильники. Идем наощупь, сапогами не буцкаем, не ругаемся, там дальше уже есть кое-какой свет, чтобы ориентироваться. Особенно господина Терека мои слова касаются, — шепчу я графу и наемнику.
— Я-то чего? — отвечает наемник, впервые открывая рот после нашего нападения.
— Вы, дорогой господин Терек, тоже без важного дела не останетесь. Уверен, что командиром всей сильно могучей гвардии Всеединого Бога являлся один из Слуг Твари, а он, скорее всего, не пережил ее последние ментальные удары. Впрочем, даже если и пережил, то это ненадолго, уверяю вас. Так что вам придется принять на себя высокое звание и соответствующий ему графский титул! Графский — это только для начала, конечно!
Даю возможность Тереку осознать мои слова и продолжаю:
— Уверен, что у вас командовать такой военной структурой получится на раз-два. Будете охранять его несравненное Императорское Величество и меня, простого и скромного Всеединого Бога, на всей планете Хурум.
Пока Терек с графом переваривают внутри себя, как могут, конечно, стремительно меняющуюся под влиянием моей настойчивой воли начинающуюся новую жизнь, я приникаю к окуляру подзорной трубы.
И теперь могу с высоты птичьего полета определенно рассмотреть благородное и еще заметно побледневшее лицо мертвого Всеединого Бога.
Его я хорошо помню по прежней жизни в Датуме, благообразный мужчина с красивой черной бородкой, очень модно постриженной лучшими имперскими брадобреями.
Да и как не помнить, ведь его немного улучшенные картины имеются в каждом храме Империи.
Предмет для поклонения всех верующих своему вполне живому богу, такой вот хорошо продуманный инопланетным разумом момент, что один из лучших представителей местного человечества помогает Твари и дальше управлять огромной Империей.
«Да, транслируемая картинка очень достойного и благообразного мужчины плюс электрификация связи между столицей и всеми остальными крупными городами — залог успеха в создании, и самое главное, поддержании стабильного развития искуственного образования на территории четырех или пяти королевств», — напоминаю себе я.
