Тем более подходящий подвал, сейчас используемый под хранение овощей, имеется для дальнейших испытаний, в котором я могу все проверяемые предметы направлять из-под крепостной стены в сторону от самого замка.
«Неспроста он тут вообще так устроен, явно можно через него совершать вылазки в тыл осаждающего замок противника. Или крышка подземного хода устроена где-то под грудой овощей, — понимаю я. — А подземный ход выводит куда-нибудь на соседний холм».
— Только вот, как пропадет задняя часть самого подвала от моих экспериментов вместе с крепостной стеной? Граф очень сильно расстроится тогда и будет на меня сурово ругаться.
Как представлю себе, что мог тот же самый аппарат, молекулярный огнемет который, направить вверх во время испытаний, на потолок подвала и дальше, нечаянно вскипятить тела всех жителей замка, даже не понимая, что там сейчас происходит, довольно долгое время. В подвале же крики вообще не слышно.
Вышел бы из подвала, почесывая спину, а там только на одной стене окажется пара случайно выживших стражников, невольных свидетелей того, как заезжий колдун сжег дьявольским огнем все население замка.
Уже самих поседевших и полусумасшедших от увиденного, только бормочущих:
— Как они страшно кричали! Все вместе и одновременно!
И ведь их тоже придется добивать самому потом.
Да еще сам замок может сгореть на раз-два, там много всякого массивного дерева внутри имеется.
Или вообще никто в замке такое испытание не переживет. А у меня только потолок немного нагреется над головой.
Так что я спрятал все предметы снова в мешки, уже более разборчиво, самые понятные и необходимые в дальнейшей жизни отложил в два мешка и даже сам лично повесил на свою лошадь.
— Пусть лучше при мне теперь постоянно будут! Доверять такие вещи никому нельзя!
Остальные мешки призванные к домику воины развесили на свободной лошадке, после чего мы тронулись все вместе в недалекий замок графа Варбурга. Недалекий, но ехать все равно пару часов по лесным дорожкам.
Ничего, нам спешить особо некуда, лучше вдумчиво поговорить с его сиятельством.
Разговоров нам, наверно, на пару дней теперь хватит, еще и поэтому тороплюсь в замок, чтобы оказаться рядом с графом, чтобы полноценно оторвать его от всякой хозяйственной суеты, которая никогда не закончится.
Когда наш караван растягивается по лесу, а часть конников ускакала проверять путь впереди, я оказываюсь рядом с графом и продолжаю наш незаконченный разговор.
— Что еще есть? Да есть кое-что, но к нам уже постольку-поскольку относится. Один прибор дает невероятно далекий луч яркого света прямо в ночное небо. Даже не могу определенно сказать, зачем такая штука потребовалась Твари. Если только не подать сигнал о своем местонахождении на орбиту планеты таким странным способом. Как будто у них нет связи, хотя именно на орбите ее может и не быть. А так световой и наверно, что еще как-то зашифрованный сигнал необыкновенной силы быстро обнаружат и пришлют спасательную экспедицию, если такие же инопланетяне где-то рядом есть.
— Но, могут и не оказаться, конечно. Вообще, для самих Тварей такие захваты — скорее всего, просто жестокая игра в условиях своей СИСТЕМЫ, а проигравшие должны обязательно помереть, — размышляю я вслух.
Так что никакой эвакуации, наверно, не предусмотрено, скорее это возможность подать официальную жалобу на нечестную борьбу своего конкурента.
— Да, непонятная штука, — соглашается и граф со мной.
— Еще есть такой предмет, как куб из почти черного стекла, работает тоже от картриджа, еще как-то реагирует на мою ментальную силу, но сам мне ничем свой смысл не обозначил. Вообще похож на те самые Камни Бога, через которые у Всеединого Бога налажена очень крутая связь с отдаленными городами Империи. Возникает только вопрос, почему он такой всего один, с кем через него собирался держать связь Падший Бог? Или хотел через него подслушивать своего гораздо более успешного конкурента?
Граф смотрит на меня и пожимает плечами, типа, тоже не знаю.
— Но ответ на этот злободневный вопрос у меня теперь есть, ваше сиятельство!
— И какой же он? Этот ответ? — недоверчиво говорит граф.
— Потому что последний предмет в списке, который самый большой по размерам, очень заметно отличается от всех остальных тем, что там внутри совершенно пусто. Да, просто пустой такой ящик, который открывается так же нежным нажатием. Но, по регулируемым вручную направляющим туда может войти почти каждый предмет из имеющихся в наличии у нас! Почти каждый, но только не хранилища для картриджей, они все же не влезают. Правда, и ломаться эти хранилища вообще не должны за весь срок службы, в них самих, кроме открывающейся крышки, больше никаких работающих механизмов нет.
— И что? — все равно не понимает граф.
Видно, что очень долгое нахождение в типичном средневековье довольно сильно подтерло память Андрея про прежнюю жизнь с высокими технологиями. Он не может так сразу сообразить, что это значит.
— Рядом с ним остается место для такого же или почти такого предмета, — улыбаюсь я.
