– Скорее она спасла мою жизнь, – усмехнулся Хаким. – Угодил в ловушку в фералльских горах. Загнали в угол, и сам бы я вряд ли смог выбраться, но мне помогла Ами. Несмотря на риск оказаться раскрытой. А я помог ей оказаться в Сарсете и обещал сохранить ее тайну.
– Но как она спаслась из рабства?
– Синкертов пленят особым артефактом, снять который может только хозяин. Он изготавливается из особого металла, цепляется к лодыжке и подчиняет синкерта чужой воле, – Хаким поморщился. – Ами потратила не один год, чтобы убедить главаря наемников в своей искренней преданности, а сама ждала удачного момента для побега. Зная, что тратить драгоценные зелья и мази на нее никто не станет, она буквально истерзала себе ногу под браслетом. Делала это ежедневно в течение нескольких недель, нанося мелкие порезы, чтобы не вызвать подозрений. Все, чтобы хозяин согласился снять его для обработки раны. У нее был всего один шанс.
Меня немного замутило от сформированной сознанием картины.
– Удача ей улыбнулась. Наемник снял браслет, предоставив другому обработать рану, и отошел буквально на минуту. Этого времени ей хватило, чтобы вонзить когти помощнику в горло, ненадолго обернуться и улететь.
Хаким печально усмехнулся.
– А дальше, можно сказать, повезло мне. Ами была истощена и потеряла много крови, поэтому не смогла удержать свои крылья и рухнула уже человеком недалеко от ловушки, подстроенной для меня. Она сразу поняла, что я не фераллец, а желание напоследок испортить планы тем, кто столько лет над ней измывался, подстегнуло помочь мне.
– И здесь она тоже может оказаться в рабстве? – внутри все сжалось от ужаса и сочувствия.
– Нет, но ее вынудят служить в Ордене, а для нее это мало чем отличалось бы от рабства. Поэтому ты права, она бы не дала отпор этой ночью: люди Малока вмиг бы учуяли даже толику ее магии.
Орден.
Каик рассказывал мне о нем. Именно его возглавлял тот самый Мэрок, который так срочно вызвал братьев.
Орден объединял лучших из лучших, причем не только магов. Он не имел названия, зато обладал огромной властью и, хотя подчинялся королю, фактически ничем не уступал ему по влиянию. Быть частью Ордена – почти так же почетно, как служить правящей семье, особенно для обычных людей, не наделенных даже крупицей магии.
Вместо ожидаемого трепета перед такой могущественной организацией на меня все это наводило ужас. Возможно, потому что они на дух не переносили эсилийцев.
– Что будет с Кейлом и Тарсом?
– Это решать не мне, – Хаким коснулся моей разбитой губы. – К сожалению.
– Уже не болит, – я ободряюще улыбнулась и прижала ладонь к его груди. – Все хорошо.
– Расскажи, что было дальше.
Я послушно пересказала ему все события, включая жестокие моменты, опустить которые Хаким мне не позволил.
– Ты правда была готова не только отпустить их, но и мне ничего не рассказать? – спросил он удивленно.
– Я не очень-то верила, что эта уловка сработает. Но потом я бы обязательно рассказала Каику.
– Хорошо, – Хаким ловким движением привлек меня к себе. – Пообещай никогда не утаивать подобные вещи.
– Надеюсь, что таких приключений больше не будет, – фыркнула я. – Но ладно, обещаю.
– Ожоги на лице Кейла меня впечатлили.
– Надеюсь, он это надолго запомнит, – поморщилась я, вспомнив мерзкую ухмылку, с которой тот надвигался на меня.
– Можешь в этом не сомневаться.
Тон Хакима меня насторожил, и я немного отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза.
– Что ты сделал?
– Ничего, – сказал он, и настала моя очередь прожигать его взглядом. – Просто лишил их малейшей возможности на исцеление или хотя бы снятие боли.
Я сглотнула.
– Должно быть, они сейчас испытывают невыносимую боль.
– Заслуженную.
– Это жестоко. Да, они виноваты, но…
– Лив, – Хаким улыбнулся и прижал ладонь к моей груди. – У тебя очень доброе сердце. Про себя я такого сказать не могу, так что поверь – это не жестокость, а проявление истинного милосердия с моей стороны. И они оба это знают.
– Глупости, – решительно перекинув ногу, я села на него сверху.
Нагота меня совсем не смущала, наоборот, я наслаждалась реакцией Хакима. Как он резко втянул воздух, как напряглись его мышцы и загорелись глаза. Он обхватил руками мои бедра, чтобы я не упала, пока усаживалась поудобнее, и с интересом наблюдал, как я опускаюсь ниже и прижимаюсь ухом к его груди.
Пока я слушала ритмичное, немного участившееся постукивание, Хаким перебирал пальцами мои волосы.
– Так и знала, – я села и широко улыбнулась. – Очень доброе сердце.
Хаким усмехнулся, а в следующую секунду уже принял сидячее положение и впился в мои губы, пока его эрекция недвусмысленно намекала на второй раунд.
