Я видела, как дрогнула его рука, прежде чем он отпустил тетиву, не сводя с меня глаз. Слишком шокированная, я даже не попыталась увернуться, и спустя всего долю секунды стрела пронзила мою грудь.
Он снял маску и уже через миг стоял передо мной, придерживая за талию и не позволяя упасть, а я все еще не верила в происходящее. Даже когда почувствовала металлический привкус на языке и горячую кровь, стекающую по губам.
– Здравствуй, Лив, – он посмотрел мне в глаза и усмехнулся. Каждое его слово было пропитано ядом. – И прощай. Передавай привет Лилли.
– Марк, – сорвалось с моих губ одновременно с рваным вздохом от новой боли, пронзившей мое тело.
Опустив взгляд, я увидела рукоять, торчащую из моего живота.
Марк покачал головой, словно не веря, что сделал это, шагнул назад и исчез, оставляя меня в лесу, резко лишившемся всех красок, посреди черных, безжизненных деревьев.
Забирая с собой очередную иллюзию.
Когда я рухнула на черную холодную землю, невыносимая боль уже сжигала меня изнутри, а мне никак не удавалось сосредоточиться, чтобы призвать на помощь магию. И я сдалась, понимая, что все бессмысленно.
Идеальная ловушка, устроенная так, чтобы не оставить мне ни единого шанса. На этот раз мне неоткуда было ждать помощи.
Тут меня уже никто не найдет.
Мое тело билось в агонии от боли и кровопотери. Я чувствовала, как сознание ускользает от меня, но больше не противилась этому.
У меня не осталось сил бороться.
Прежде чем темнота укутала меня в спасительные объятия, я подумала о том, что так и не успела признаться Хакиму. Не успела сказать, что люблю его.
Одними губами я произнесла заветные три слова, всем сердцем сожалея, что тянула с этим так долго, и надеясь, что все же он это знал.
Склонившись над столом, я всматривался в карту королевства, не понимая, что мы упускаем.
Три пограничные деревни с особой жестокостью уничтожены за два месяца. В каждой из них присутствует след эсилийской магии, о котором не должен узнать король Ларас. Если узнает, он развяжет войну с Эсили, которая уничтожит нас: мы не выстоим против армии Арьяра.
А у нас не было никакой уверенности, что все это действительно дело рук эсилийцев. Пока все было больше похоже на изощренную провокацию. Кто-то очень хочет стравить нас, да так, чтобы Сарсет напал первым. И этого никак нельзя допустить.
Прошло два месяца, как Мэрок собрал лучших и проверенных в этом лагере, который напичкан таким количеством заклинаний, что сами Боги при желании не смогли бы узнать наше местоположение.
За редким исключением запрещены любые связи за пределами лагеря. Но все же мне пришлось настоять на своем после ситуации с псами Малока, чтобы хоть иногда видеть Лив. И каждая встреча с ней – как глоток свежего воздуха.
– Хаким, ты тут? – раздался снаружи женский голос. – Есть разговор.
– Входи, – отвернувшись от ненавистной карты, на которой, казалось, уже выучил каждую точку, я посмотрел в сторону распахнувшихся деревянных дверей и кивком поприветствовал вошедшую в шатер Сэну. – Что случилось?
– Выглядишь уставшим, – сказала она, игнорируя мой вопрос и направляясь ко мне, но я выставил ладонь, давая понять, что ближе подходить не нужно. У меня не было ни малейшего желания снова выслушивать ее недвусмысленные намеки.
– Что случилось? – повторил я вопрос.
– Подумала, что мы можем составить друг другу компанию за ужином.
Высокая, фигуристая, темноволосая, Сэна была красива и знала об этом. К тому же она была одной из немногих женщин в лагере, поэтому неотвратимо привлекала внимание многих мужчин, но избрала своей жертвой именно меня. И я уже не знал, как еще ей объяснить, что совершенно не заинтересован и она только зря теряет время. И испытывает мое терпение. Все мои мысли занимала лишь одна женщина. Вот уж Лив точно бы нашла что ответить Сэне, чтобы отвадить ее раз и навсегда.
– Уже поел, – я ответил резче, чем собирался, но мне было плевать. Я снова повернулся к ненавистной карте, которая все же раздражала меня меньше незваной гостьи. – Если это все, то можешь идти.
– Брось, Хаким, – сказала она, все-таки подходя ближе. – Давай развлечемся. Это пойдет на пользу нам обоим.
Я резко повернулся и перехватил ее запястья прежде, чем Сэна бы меня обняла.
– А со своей эсилийкой ты так же груб? – на смену томным ноткам в ее голосе пришли обида и раздражение.
– Уходи, – я брезгливо оттолкнул ее руки. – И больше сюда не суйся без веской причины.
– Должно быть, она горячая штучка, раз смогла заполучить самого Хакима Диллара.
– Лучше тебе не испытывать мое терпение, – я надеялся, что она услышала скрытую угрозу, но этой женщине, кажется, было совершенно все равно.
– Хаким, поверь, ей со мной не сравниться, – улыбнулась Сэна.
Я невольно вспомнил мягкий голос своей любимой, как с ее обольстительных губ срывается мое имя во время оргазма. Мне захотелось немедленно оказаться рядом с Лив, чтобы услышать это снова.
В то же время было по-настоящему противно от собственного имени, произнесенного грязным языком Сэны.
