Вокруг меня не суетились медики, друзья или случайные свидетели произошедшего. Не было слышно противного писка больничной аппаратуры, который еще смог бы подарить мне надежду, а в воздухе не витал аромат стерильности и медикаментов.
Прислушавшись к ощущениям, я поняла, что лежу где-то на улице, на прохладной и сырой земле – руки, вытянутые вдоль тела, касались травы, которая неприятно щекотала ладони. При этом вокруг не было ни единого звука живой природы.
Вот так, я довольно быстро пришла к выводу, что умерла.
Неожиданно мысли о собственной смерти меня приободрили, ведь возможно я смогу найти Лилли, поговорить с ней. Перед глазами все еще стояло ее безжизненное и бледное лицо.
И все же, я не спешила открывать глаза, чтобы дать себе еще несколько минут все обдумать и, по возможности, осознать.
Моих родителей никогда не интересовала религия, они не посещали церковь и тем более не обсуждали подобные темы со мной, поэтому мои познания в вопросах загробной жизни были весьма поверхностны.
Из-за этого становилось еще страшнее, ведь вполне вероятно, что для меня уже подогрели персональный котел в аду – сомневаюсь, что успела сделать в своей жизни хоть что-то стоящее. Я вспомнила, как совсем недавно размышляла о том, что моя семья и есть наказание за грехи прошлой жизни, как и все события последней недели. Что ж, возможно, этого оказалось недостаточно.
Вдруг совсем рядом послышались шаги, кто-то присел слева от меня, и мне стоило немалых усилий, чтобы не выдать себя. Но когда этот кто-то начал меня лапать, я не глядя замахнулась правой рукой, врезала нахалу и поразилась своей меткости, услышав, как тот тихо выругался.
Распахнув глаза и едва не ослепнув от солнечных лучей, я откатилась в сторону, наплевав на боль.
– Какого черта?! – возмущенно зашипела я, тратя последние силы на то, чтобы отползти. – Ты что себе позволяешь, извращенец?
Сидя напротив и ощупывая пальцами свою челюсть, на меня возмущенно и одновременно ошарашено смотрел незнакомый блондин лет двадцати пяти.
– Не думал, что вы уже пришли в себя, – пробормотал тот, изучая меня своими ярко-зелеными глазами, словно рентген. По моему взгляду он понял, что ляпнул не то, и поспешил исправиться. – Боги, я не имел ввиду… то, о чем вы сейчас подумали.
Он даже покраснел, пока подбирал слова.
– Я лишь хотел взять вас на руки и отнести в дом, чтобы вы не лежали на сырой земле.
– Держи свои руки при себе, – предупредила я, стараясь принять сидячее положение, и застонала от боли. – Слушай, а после смерти должно быть так чертовски больно?
Он нахмурился и несколько раз хлопнул глазами в обрамлении таких густых ресниц, ради которых любая девушка пошла бы на убийство.
– И куда я все-таки попала? Рай, ад или нечто среднее? – продолжала я свой допрос. – Признаться, я в этих вопросах не сильна, поэтому буду благодарна за информацию. И могу ли я найти тут знакомого?
– Вы полагаете, что умерли? – недоверчиво спросил незнакомец, рассматривая меня еще внимательнее, что секунду назад казалось мне невозможным.
Я задумалась и, убедившись, что парень больше не тянет ко мне свои шаловливые ручонки, принялась осматриваться вокруг.
За спиной незнакомца было озеро, похожее на то, где все случилось, и даже пристань. Но это однозначно было другое место. Вокруг не было деревьев, как у Верики, из земли на берегу торчали незнакомые мне растения, сам водоем был меньше и в целом все выглядело иначе. А за моей спиной вместо дорожки, по которой я пришла к пирсу, стоял огромный двухэтажный дом, кажется, из белого камня.
Что меня поразило и окончательно убедило в собственной смерти, так это озеро – вода в нем была яркого цвета, напоминавшего жидкое золото, словно в него кто-то скинул множество бомбочек для ванн из коллекции Мэгги.
– Я уверена в этом, – ответила я блондину, заставив себя перестать вертеть головой и сосредоточиться на нем.
– Но вы не умерли, – по его осторожному тону можно было подумать, что парень принял меня за чокнутую. – Я же успел вовремя достать вас из воды.
– Если я жива, то у меня явно галлюцинации, – озвучила я вслух свои мысли. – За твоей спиной мне мерещится золотая вода.
Парень быстро взглянул на воду и снова повернулся ко мне.
– Золотое озеро, – улыбнулся он. – Вам повезло увидеть, сегодня ведь последний день.
Теперь настал мой черед смотреть на него как на психа.
– Золотое озеро, – повторила я, вложив в интонацию всю свою язвительность, на какую была способна, и закатила глаза. – Конечно.
Голова начала раскалываться от бесконечного потока мыслей. Я даже не знала, какой из двух вариантов предпочтительнее – смерть или сумасшествие.
Незнакомец улыбался собственным мыслям, чем вызывал приступ раздражения и только усиливал головную боль.
– Как вас зовут? – спросил он, когда я принялась сжимать пальцами виски, в попытке хоть немного унять болезненные ощущения.
– Лив, – ответила я, не сильно заботясь, услышал он или нет. – И прекрати уже мне выкать. Мертвые мы или просто психи, но этот официоз ни к чему.
– Мое имя Брайс, – ответил он. – Вы… ты мне не доверяешь, Лив?
