Потом он объявил, что отправляется воевать за короля, хотя с трудом натянул на себя кольчугу. Алисия поняла, что он задумал, но останавливать его не стала. Жоффрей ласково простился с женой и отправился на битву, возвращаться из которой не собирался.
Земли Жоффрея унаследовал его брат, а Алисии досталось приличное состояние, так что Винчестер она покинула без особого огорчения, хотя и не знала, как жить дальше. «Я уже не молода, но еще не стара», – грустно думала она.
Алисия с изумлением разглядывал город, в котором провела детство и юность. Кварталы на северной окраине Солсбери полностью застроили, рынок заполонили толпы покупателей, приезжавших сюда не только со всей округи, но и из Бристоля, Лондона и Норвича. Над черепичными крышами домов высилась громада почти завершенного собора.
Отец Алисии умер пять лет назад, фамильный особняк унаследовал Уолтер. Три дня Алисия провела в доме брата, посетила собор и встретилась с одряхлевшим дядюшкой, каноником Портеорсом, который гордо показал ей уличные водостоки. Впрочем, знакомых в городе у нее почти не осталось.
Вечером третьего дня Уолтер осторожно завел с ней разговор:
– Любезная сестра, не задумывалась ли ты о том, как теперь устроить свою жизнь?
– Ты собрался меня снова выдать замуж?
– Да, – признался он. – У меня и жених на примете есть. Прекрасная партия, между прочим.
– Правда? – рассмеялась Алисия. – И кто же это?
– Рыцарь, с богатым имением… – Уолтер помолчал, ожидая дальнейших расспросов, и наконец объявил: – Жоселен де Годфруа ищет жену.
Пятидесятисемилетний рыцарь, скорбя о погибшем сыне, решил снова обзавестись семьей – ради внука.
«Мальчику три года, – рассуждал он. – Может быть, я доживу до его двадцатилетия…»
В те времена мало кто доживал до семидесяти, но Жоселен отличался крепким здоровьем и надеялся на лучшее. «Ребенку нужна мать, – печально думал рыцарь. – Надо бы подыскать хорошую жену».
Уолтер ле Портьер, прознав об этом, предложил рыцарю взять в жены недавно овдовевшую Алисию. Жоселен не стал возражать – хотя ле Портьер и не знатного рода, но Алисия – вдова Жоффрея де Уайтхита, а значит, прекрасно умеет вести хозяйство; к тому же она еще молода – всего тридцать шесть лет. Рыцарь довольно улыбнулся и подумал: «Я еще крепок, может быть, она родит мне наследника. В конце концов, у меня два имения. Одно достанется внуку, а второе, если повезет, унаследует сын».
– Я согласен встретиться с твоей сестрой, – сказал он Уолтеру.
Питер Шокли вернулся в город из отцовской усадьбы и замер, не веря своим глазам: на углу рыночной площади, у Кабаньего Ряда, стояла Алисия. Он не видел ее двадцать лет и не подозревал, что она недавно овдовела. С трудом переборов оцепенение, Питер торопливо подошел к ней и с улыбкой сказал:
– А ты совсем не изменилась!
Алисия, вздрогнув от неожиданности, недоуменно уставилась на видного привлекательного мужчину и лишь потом сообразила, что это Питер, о котором она не вспоминала вот уже двадцать лет. Немного погодя он уже знал и о погибшем муже, и о том, что сегодня Алисия встречается с Жоселеном де Годфруа.
– Он жену подыскивает… – задумчиво сказал Питер.
– Знаю, – улыбнулась Алисия и, заглянув ему в глаза, дерзко произнесла: – Только вряд ли найдет.
Через неделю все было решено.
Хотя Питер Шокли и пытался убедить себя, что все эти годы не ждал возвращения Алисии, сейчас в этой лжи не было нужды. Рядом с Алисией он по-прежнему трепетал от восторга, а на третий день притянул ее к себе и поцеловал.
– Мы с тобой словно и не расставались никогда! – вздохнул он.
Она радостно улыбнулась. Для Питера встреча стала подарком судьбы, а вот Алисия твердо решила выйти замуж за Питера Шокли лишь после того, как брат отвез ее в Авонсфорд, где их встретил благородный седовласый старец с грустным лицом.
Уолтер расстроился, когда сестра наотрез отказалась от брака с Годфруа, а спустя неделю, узнав, что она собирается замуж за Шокли, пришел в ярость:
– Ты же теперь знатная госпожа! Зачем тебе этот торговец?!
Ему льстило быть в родстве с благородным де Уайтхитом, да и возможность породниться с де Годфруа представлялась донельзя выгодной.
– Деньги у меня есть, – невозмутимо ответила Алисия. – Выйду замуж, за кого захочу.
К превеликой радости старого Эдварда Шокли, свадьбу сыграли через месяц, и Питер во второй раз подарил Алисии скромный медальон на серебряной цепочке.
Не помня себя от счастья, Питер увел жену в родительскую спальню на втором этаже усадьбы и снова почувствовал себя восемнадцатилетним юношей. Поначалу Алисия покорно принимала его ласки, с улыбкой глядя на его страсть, но посреди ночи сама пылко прильнула к нему.
Жоселен побледнел от гнева, услышав о свадьбе Алисии и Питера Шокли. Это не только задевало честь рода де Годфруа, но и оскорб ляло его лично.
– Низкий торговец, как посмел он посягнуть на мою невесту!
Питер поначалу не заметил, что Годфруа перестал приезжать на сукновальню, и несколько недель спустя радушно с ним поздоровался. Рыцарь надменно выпрямился в седле и презрительно заявил:
