– Хорошо, – ответил Саша и вышел из комнаты. В эти минуты он надеялся, что отец забудет про дневник, как это очень часто бывало. Юрию Ивановичу то ли было неинтересно, как идут дела сына в школе, то ли не хотел расстраиваться из-за лени и бездарности своего потомка, то ли был просто рассеян, вполне возможно все три причины попеременно спасали Сашу от порицания за свою не самую лучшую, по советским меркам, работоспособность. Дневник был одним из двух вариантов получить более-менее правдивую информацию о состоянии получения образования, так как мальчик обладал зачатками разума, а значит умел лгать. Наиболее неприятным исходом для Саши было родительское собрание – тут уж никак не выкрутиться, тем что он не был ассом закулисных игр, благо на собрания ходила Марина Аркадиевна, она же гораздо чаще отца проверяла дневник. Может потому, что ходила в школу, она нередко проверяла качество оценок у своего сына, чтобы не пришлось краснеть за неуспеваемость отпрыска.
Саша вернулся к себе в комнату и начал играть в Far Cry 3. Юрий Иванович продолжил чтение книги, а Марина Аркадиевна всё ещё продолжала готовить ужин. Когда он был почти готов в дверь один раз, но очень настойчиво, позвонили.
– Ох, я ещё не оделась… Саша, иди открой дверь, мне надо переодеться, – крикнула в комнату Саши мама, стыдясь своего фартука и домашней одежды. Александр Юрьевич понимал, что ему придётся встретить гостей в парадной форме, так как не принято было в чём попало выходить на подобные семейные встречи. Поэтому Саша не спеша снял с головы наушники и подошёл к входной двери, отворив которую увидел Александра Ивановича Майтанова и Людмилу Владимировну Майтанову – брата отца Саши и жену брата.
– О, здравствуй Сашенька, – добродушно улыбаясь, сказал невысокого роста с пышными казачьими усами, но без бороды, мужчина лет 50, аккуратно одетый в пальто, дядя Саши-мальчика.
– Здравствуйте, – также улыбаясь, проговорил Саша, отстраняясь от двери, заходя вглубь квартиры, – проходите, проходите, сейчас мама с папой подойдут.
– Ну как у тебя дела, успехи в учёбе? – спросила тётя Людмила, женщина с ярко рыжими, покрашенными волосами, маленькими глазами, носом и ушами. Ростом она была ещё ниже своего супруга, лицо спустя года не растеряло красоту, благодаря тщательному уходу и косметике, так что выглядела она на 40 лет. Людмила Владимировна вместе с мужем телесно поздоровалась с племянником.
– Да всё потихоньку, всё нормально, – ответил Саша так, как и всем отвечал на подобные вопросы, не теряя улыбки, но про себя, глядя на то, “как пыхтел дядя, пытавшийся снять туфли, грустно подумал: «Зачем все спрашивают одни и те же глупые вопросу, почему их не волнует, что я чувствую?», – а у вас как?
– Всё отлично, – просто ответила Люда.
– О-о, Юра, – воскликнул дядя Саша, увидев, как из коридора к ним навстречу в рубашке и брюках вышел Юрий Иванович, снявший очки.
– Привет, – только сказал отец Саши и традиционно поздоровался сначала с братом, затем с его женой.
– Да, ты не сильно изменился, слава богу, не то что твой сын, – смеясь, заметил Александр Иванович, хлопая по плечу тёзку. Все засмеялись, Саша засмущался из-за неловкости, когда человек чувствует, что не оправдывает похвалы.
– Как служба? – спросил дядя Саша.
– Попозже расскажу, мне есть, что сказать, – подогревал интригу Юрий.
– Это верно, – сказал Александр, – а где у вас руки можно помыть, давно не был, надо исправляться.
– Сейчас, идём, – сказал Юрий Иванович, проводя гостя в ванную
– Привет, Людочка, – радостно воскликнула Марина Аркадиевна, быстро идя, одетая в
темно-синее простое платье, к Марине Владимировне.
– Привет, привет, родная, – обнимаясь, сказала Людмила.
– Здравствуй, хозяюшка, – поприветствовал довольный с чистыми руками Александр Иванович мать Саши.
– Я немного извиняюсь, я не всё ещё приготовила к ужину, мне немного осталось сделать, так придётся чуть-чуть подождать, я отлучусь на кухню, а вы пока в гостиной посидите, – сказала смущённо Марина.
– Я тебе помогу, – поддержала подругу Людмила, которой хотелось не столько помочь с ужином, сколько поговорить о женских вещах.
– Да ничего страшного, мы там посидим, поговорим, не переживай, – сказал весело дядя Саша и вместе с остальной мужской братией направился в комнату, в которой должны были проходить посиделки.
– Саша, давай стол поставим, – сказал Юрий Иванович своему сыну, и они вместе с не могущим не помочь Александром Ивановичем выдвинули знаменитый советский стол, находящийся между 2-мя шкафами посередине стены комнаты, ставя рядом с диваном, чтобы удобнее было сидеть и меньше стульев таскать. Теперь над столом висела люстра с стеклянными финтифлюшками около 3-х лампочек, напротив двери в комнату родителей Саши располагался балкон, недавно отделанный с новыми окнами. Смежно с спальней родителей находилась другая дверь, ведущая в коридор и не имевшая в отличие от других защёлки. Гостиная была самой большой комнатой, поэтому отлично подходила для предстоящего застолья.
