Я поймал такси и назвал водителю адрес наших меблированных комнат. Попасть к Честеру я решил при помощи своего собственного ключа, и только если не получится, просить миссис Брэйди дать мне запасной. Помнилось, что все наши ключи были очень схожи: ещё Эстелла без труда отперла дверь Карла Делла своим ключом.
Мой ключ столь же легко подошёл к двери Честера.
Я прикрыл за собой дверь и огляделся, гадая, что же именно ищу и с чего начать. Стоило бы, конечно, с чулана, на который Честер навесил замок из-за находившихся там химикатов, но тогда пришлось бы отвинчивать петли, чтобы попасть внутрь, либо же срывать накладку с замком гвоздодёром.
Начать следовало с чего-то попроще. В глаза мне бросилась этажерка, и я вспомнил про такую же в приёмной у Рамы Сингха; я бросился просмотреть корешки. Тут не было книг по оккультным наукам, всего лишь обычный набор книг как у всякого в меру образованного человека: исторические романы, пьесы, несколько детективов да ряд нехудожественных книг различной тематики.
Я взял одну книгу и раскрыл её на форзаце, как проделал то же с двумя или тремя книгами в приёмной у Рамы Сингха. На этот раз надписано было «Честер Хемлин», однако, подобно тем книгам в приёмной, — поверх какого-то стёртого имени.
Каким же ещё именем он пользовался? Мне даже интересно стало. Он же не свой профессиональный псевдоним вроде Рамы Сингха затёр, чтобы вместо него написать настоящее имя: ни в одном из своих рабочих кабинетов он, по всей вероятности, не стал бы держать другие книги помимо оккультных. Признался же, что всегда у него профессиональное и персональное разделено.
Я поднял книгу на свет, пытаясь прочесть затёртое слово, но мне не удалось.
Я поставил книгу на место и принялся методично просматривать книгу за книгой, начиная с левой стороны верхней полки, в поисках той, где имя не было изменено. Просмотрев несколько книг, в которых прежнее имя всё же было затёртым, я переворачивал каждую вверх тормашками и как следует её тряс, прежде чем ставить на место. Бывает, что человек положит нечто в книгу да забудет о том.
Честер оказался из таких.
Где-то на восьмой попытке из книги выпал старый конверт, служивший закладкой; когда-то он скользнул внутрь книги за край страниц и не был виден, когда книгу закрывали. Но стоило мне потрясти книгу, держа её вверх тормашками, как он выпал и лёг на пол.
Я подобрал конверт. Мне так и не пришлось увидеть адрес отправителя, почтовую марку и даже тот адрес Честера, куда пришло ему это письмо. Я вперил взгляд на имя адресата: «Честер Дэгон».
Секунды хватило, чтобы я выронил и конверт, и книгу и ринулся к двери чулана, готовый вышибить её голыми руками, но за эту секунду много чего пронеслось в моей голове. Тоби Дэгон, убийца. Честер, как-то обмолвившийся под влиянием выпитого, что у него есть брат, который…
Я заставил себя стать смирно и провести следующую секунду в трезвом размышлении — благодаря чему и вспомнил, как наблюдал за Честером до той минуты, когда тот отложил отвёртку и молоток в сторону, приладив, наконец, накладку под висячий замок. Шурупы были не длинны; я был уверен, что с помощью отвёртки и молотка тоже смогу освободить накладку, удалив шурупы из гнёзд.
Инструменты я вынул из нижнего ящика комода. Приладив отвёртку над верхним краем накладки, я принялся вонзать её в щель между металлом и деревом с помощью молотка.
Из-за производимого мной шума я не слышал, как дверь в коридор открылась и вновь закрылась. Голос, раздавшийся за моей спиной, дал мне понять, что в комнате я не один.
— Продолжай, — произнёс голос.
Я обернулся. Тоби Дэгон, ближайший помощник Оги Грейна, стоял на расстоянии всего в несколько футов от меня с пистолетом в руке. Сорок пятый калибр, походивший на артиллерийское орудие, был направлен мне прямо в солнечное сплетение.
В руке я держал молоток, им можно было замахнуться, его можно было метнуть, но курок всё равно оказался бы спущен гораздо раньше, а с четырёх футов невозможно было промахнуться.
— Продолжай же, — велел Тоби. — Выломай замок, чтобы мне не пришлось.
Я осторожно развёл руки в стороны.
— А ключом не легче будет?
— Ключа с собой нет. Действуй. У тебя хорошо получается.
Словно бы он был доволен мной! Но его лицо выражало совсем другое. Особенно его глаза. Такие глаза вы видите в любом рыбном ряду, если только я справедлив по отношению к дохлой рыбе. И всё же проникнуть в чулан мне требовалось даже более настоятельно, чем ему. Минуту назад я только догадывался, теперь же знал точно.
Я вновь принялся действовать молотком и отвёрткой. Теперь можно было не бояться шума, наоборот — я старался производить его как можно больше в надежде привлечь внимание людей. Надежда не оправдывалась. Когда вы забиваете гвоздь в стену, чтобы картинку на него повесить, никто не станет вызывать полицию, а именно столько шума я и производил, никак не больше.
