— Ну, что вы, право, как дети малые… — голосом усталого отца семейства произнёс он, — одно ведь дело делаете, а межуетесь, как мужики на пашне. Всё, отставить делёж! Тем более, что ещё и делить нечего… Ладно, подвожу итог. Ввиду специфичности данной операции, как ответственность за её исход, так и выбор способа её проведения целиком возлагаются на барона Грея. Ведомству графа Штейна при возникновении в том необходимости — обеспечить ему полное содействие. Барон, со своей стороны, по итогам операции предоставит графу всю касающуюся безопасности королевства информацию. Вот так. Что ещё?..
— Меня забыли, — неотрывно глядя в стену поверх головы короля, преувеличенно нейтральным тоном напомнил Тони.
— М-да, тебя забудешь… — качнув головой, проворчал Его Величество. — Ладно. Господа, вследствие состоявшейся у нас с принцем беседы, ставлю вас в известность, что Его Высочество также участвует в операции — в качестве помощника исполнителя, с условием неукоснительного ему подчинения. Возражения есть?..
Король обвёл взглядом присутствующих: граф хранил полную невозмутимость, Грей, пряча улыбку, сжимал губы, а Тони цвёл, как майская роза.
— …Возражений нет. Теперь прошу высказать ваши соображения, как правдоподобно обставить отсутствие принца при дворе. Вопрос серьёзный: ни у кого не должно закрасться даже тени подозрения, что наследник престола причастен к каким бы то ни было шпионским делам по ту сторону границы. Прошу, граф, начнём с вас.
Штейн, потирая пальцем переносицу, неуверенно начал:
— Может быть, объявим, что он отправился в Стинию навестить вашу сестру?..
— А после окажется, что его там не было? Нет, это не годится.
— А если послать туда двойника? Я видел, у барона это здорово получается.
Они посмотрели на Грея. Но он качнул головой:
— Двойник создаётся не только для специфичных ситуаций, но и с ограниченным набором задач. И он не сможет вести себя идентично оригиналу, если ситуация будет отличаться от обусловленной — то есть его поведение будет нетипичным. Эти отклонения при достаточно долгом наблюдении могут вызвать у окружающих недоумение, а затем и подозрение. Но отбрасывать идею с двойниками всё же не стоит… Граф, а в вашем ведомстве есть школы? Скажем, для подготовки агентуры?
— Да, мы проводим обучение агентов в специальных заведениях.
— Закрытого типа?
— Безусловно.
— А что, если принцу вдруг взбрела в голову блажь посетить такую школу в ознакомительных целях? И задержаться там на какое-то время — скажем, чтобы разучить приёмы рукопашной схватки? Ведь не просочатся же оттуда сведения, как долго он там пробыл? Тем более что, используя двойников, мы его и моё минимальное присутствие там обеспечим, а через сутки «принц с бароном» исчезнут с территории школы без следа, и только лишь начальник заведения будет в курсе происходящего?
У графа азартно разгорелись глаза, будто и не было до этого никакой стычки:
— Барон, это здорово! При дворе уж точно никто ничего не заподозрит, а курсантам и объяснять много не надо, они и так все под клятвой о неразглашении. Я право, восхищен удачностью этого решения!
— Вот и славно, — подытожил разговор король. — А теперь, господа, займитесь-ка непосредственным воплощением ваших идей. И помните — я очень на вас надеюсь. Всё, все, кроме принца, свободны…
За дверями королевского кабинета Грей чуть придержал нарочито заспешившего прочь Штейна:
— Граф, не могли бы вы уделить мне ещё несколько минут? Может быть, давайте сейчас зайдём ко мне — на глоток красного? А то ведь за ваше давешнее гостеприимство я всё ещё перед вами в долгу…
Полицейский с подозрением взглянул на Макса, но, не отыскав на его лице и тени насмешки, пожал плечами:
— Давайте…
Расположились в гостиной барона. Разливая вино, Грей краем глаза наблюдал за графом, который, не скрывая интереса, в свою очередь присматривался к обстановке.
— К сожалению, граф, мы с принцем не отведали тогда белого стинийского из ваших запасов, но, смею надеяться, что вам придётся по вкусу букет этого красного: после него остаётся впечатление, будто в прошлом году виноградные гроздья впитали в себя всё стинийское солнце без остатка… Прошу вас.
Он устроился со своим бокалом в кресле напротив и продолжил:
