Разбиты Красной Армией не только немецкие дивизии: разбита вся стратегия гитлеровского командования. У немцев бывали и еще могут быть частичные и временные успехи. Немцы не выполнили ни одного своего стратегического плана. Вся их война на советско-германском фронте — это провал и неудача гитлеровских военных замыслов.
Суворов говорил: «Все удача, да удача, — помилуй бог, надо немного и ума!»
О Гитлере надо сказать: «Все неудача и неудача — черт возьми! — слишком много глупости!»
Сумасбродство, нереальность планов Гитлера — вот одна из причин провала немцев. В гитлеровской стратегии соединились идиотское высокомерие и первобытное невежество. Немцы сунулись в Советскую страну, переоценив свои силы и недооценив силу советского народа.
В баснях всех народов осел самоуверен и глуп. Таков он и в германской военной действительности. Адольф фон Эзель — по-немецки Адольф-осел ведет германскую армию к окончательному и неминуемому поражению.
С мрачной миною на физии
Гитлер бродит, удручен:
Мрут немецкие дивизии,
Их теснят со всех сторон.
Для фашизма начинается
Роковой, смертельный год.
Враг упорно отбивается,
Но кольцо за ним смыкается, —
Словом, все, как полагается,
Очень правильно идет.
И Орловские и Брянские
Ощетинились леса.
Там отряды партизанские
Проявляют чудеса:
Эшелон подстерегается
И пускается в расход.
Штаб с фашистами взрывается,
А отряд опять скрывается, —
Словом, все, как полагается,
Очень правильно идет.
Чтоб успешней шли сражения,
Чтоб воздать врагам втройне,
Кто имеет сбережения,
Их спешит отдать стране.
Много денег посылается
На страны текущий счет,
Танк за танком появляется
И дивизиям вручается, —
Словом, все, как полагается.
Очень правильно идет!
Наше дело — дело правое.
Потому мы и сильны,
И немеркнущею славою
Наши дни озарены.
Час возмездья приближается!
Лозунг наш таков: «Вперед!»
Наступленье продолжается,
Ну, а это называется:
Все идет, как полагается,
Очень правильно идет.
А про нас в газетах два раза писали, что, мол, части генерал-майора такого-то заняли город такой-то. И аккурат, когда мы брали второй-то город, меня ранило в левую ногу.
Сперва — пока, значит, рана была свежая да проверяли ее доктора, — я ничего, терпел. А как стало подживать, ну, чувствую — невмоготу мне сидеть в госпитале, когда наша рота наступает! Тем более, ранение легкое: пуля прошла насквозь, одна мякоть задета. И заживает хорошо. Стал я просить у врача: дескать, отправьте меня обратно в часть.
Врач говорит:
— Состояние вашего здоровья этого не дозволяет.
Что ты будешь делать… Подумал я, подумал и решил этого врача провести. А как? Вот как. Иду к начальнику хирургического отделения и говорю ему.
— Имею жалобу. Задерживают меня у вас в госпитале, хотя здоровье мое поправилось.
Начальник отделения спрашивает:
— Куда вас ранило?
