- Дайка подумать, - Алексеевский почесал голову, как бы раздумывая, - мы имеем тебя, который потихоньку становится одним из самых богатейших людей нашего края, а возможно и страны, но при этом совершенно несчастного и пытающегося скрыть этот досадный факт в своем патологическом трудоголизме, отдавая все силы на расширение компании своего отца, а еще есть череда ничего не значащих любовниц и моя сестра, которую ты ненавидишь, но всё равно держишь рядом. Скажи мне, ты счастлив? - не дожидаясь ответа, Женя продолжил: - Есть Катя, которая упрямо повторяет историю нашей матери, унижаясь и совершенно не борясь за себя. А еще она беременна. От тебя. Она счастлива? Не думаю... Поедем дальше, есть еще я, брат Кати и твой лучший друг. По крайней мере, мне так казалось, что мы друзья до тех пор пока не вернувшись из долбанной Америки я не узнал от Кати, что она чуть не умерла, пытаясь покончить с собой из-за тебя... а еще мне Бес поведал, что ты -- мой лучший друг -- именно ты затеял всю ту историю с моей работой в США. И то, что я долгое время не мог вернуться назад, не оказавшись по уши в долгах это твоя заслуга. Ты ведь знал, насколько нужны мне были на тот момент деньги, чтобы покрыть долги по обучению Кати. И ты воспользовался моментом, чтобы убрать меня, как тебе казалось на тот момент, главного соперника за Дашу. Вот только соперником я тебе не был, ты сам так решил. Мы с Дашей были просто друзьями на тот момент. Именно ты все испортил. И сломал жизнь Даше. И поиграл моей жизнью, а ведь просто мог сказать мне, что тебя не устраивало. Но дальше хлеще. Ты, не смотря на то, что я был против, начинаешь жить с моей сестрой, которую не любишь, и даже не уважаешь. Вопрос: ЗАЧЕМ? Зачем это все? Думаешь, я счастлив, наблюдая, как вы с Катей страдаете? Вы дышать друг другу не даете!
- Ты пришел сказать мне, что я моральный урод и мразь? - устало, спросил Вит, не открывая глаз. Его голова лежала на сидушке дивана, сам он не двигался. Со стороны казалось, что смертельно усталый человек просто заснул сидя и говорит во сне. - Можешь не утруждаться, я и сам всё это знаю.
- Дело даже не в том, что я о тебе думаю. Дело в том, что я хочу понять, что произошло, пока меня не было? Что сделало нас врагами? - Жека старался контролировать голос. Правда, старался, но все равно в конце сорвался почти на крик.
- Ты никогда не был мне врагом, - ответил Виталий. - Я никогда так не считал.
- Так почему? - уже спокойней удалось произнести Евгению.
Воронов все-таки открыл глаза и посмотрел на Жеку.
- Хочешь знать правду? - спросил он. Алексеевскому не понравился тон друга, обычно такой тон он приберегал для очень плохих новостей.
Евгений всё же кивнул. Он здесь за правдой и он ее узнает. Вит устало улыбнулся и заговорил:
- Долгая история получится, брат...
Жека вздрогнул. Давно Вит не называл его так. Очень давно. А потом Воронов начал говорить, медленно и спокойно. Всегда спокоен. Всегда собран.
- Я всегда знал, что ты неравнодушен к Даше. Всегда. Я не могу гордиться тем, как поступил тогда. Да и если бы знал, чем это все закончится для нас с Дашей, то не сделал бы этого. Но я ревновал... Это жестокое чувство, Жек. Оно пожирает тебя изнутри и ни какие здравые мысли не могут заглушить все те странные, а порой ужасные мысли, приходящие в голову. Знание того, что ты в нее влюблен и то, с какой любовью Даша к тебе относилась, окончательно истощили запасы моего здравого смысла...
- Она никогда не любила меня так, как тебя! - запротестовал Женя. - Ты для нее был "единственным и неповторимым", Даша сама часто мне говорила именно эти самые слова в твой адрес! Я для нее был просто другом.
- Знаю, но тогда ты для меня был проблемой, вероятной причиной того, что Даша однажды уйдет от меня. И я решил отправить тебя подальше от нее, от нас. Не знаю, о чем я тогда думал, но я просто понимал, что если ничего не сделать, я наделаю глупостей и что-нибудь учиню.
- А так ты не наделал глупостей? - сварливо осведомился Евгений, раздражаясь.
- Наделал. Причем начал именно с этой, когда отправил тебя в США. Возможно, если бы ты был здесь, то Катя не набралась смелости сделать то, что сделала...
- Сделать что? - прищурившись, спросил Жека. Ему не понравилось, как где-то глубоко внутри поднялась тревога. Та самая тревога, которая долгое время мучила его. Слишком неустойчивой была психика Кати.
