- Много чего. Как только ты уехал, Катерина, по сути, стала для Даши единственным другом, и активно этим пользовалась. Не знаю, что она говорила Даше, но у нас стали происходить ссоры на ровном месте. Катя умело давила на слабые точки Даши, а я не мог воспрепятствовать. Пару раз начинал с ней разговор, чтобы она не слушала подругу, пытался объяснить, но Даша всё принимала в штыки. Кончалось всё очередной ссорой. Мы, конечно же, потом мирились. А я не решался заново начать разговор, потому что боялся... Забавно, я всегда знал, что в основе любого краха лежит страх. Слишком часто сам играл с этим чувством, расправляясь с очередным противником. Я не был уверен, что я был нужен Даше. Я сомневался, ведь по сути я просто помог ей после смерти матери, иногда мне казалось, что вся ее любовь ко мне основана на благодарности... а Катерина тем временем успешно обыгрывала ситуацию. Однажды мы с Дашей сильно поругались. Я даже не помню из-за чего, я ушел из дома. Был зол, обижен, рассержен. Плохое сочетание скажу я тебе, отрубает способность мозга к любому анализу. Я тогда остался в ресторане, нализался до состояния пьяного визга. А утром... утром проснулся на диване, а рядом голая Катя. Совет тебе на будущее Жека, если у тебя есть любимая и родная женщина, никогда не уходи из дома в таком состоянии, когда тебе на все плевать, так как обида и гнев проходит, а поступки остаются. Кстати, я до сих пор не знаю было ли в ту ночь что-то у нас с Катей. Не думаю, что в том состоянии невменяемости я был способен на сексуальные подвиги. Но, так или иначе, Катя решила, что теперь я брошу Дашу ради нее... когда она поняла, что я этого не сделаю, она прибегла к другому, более радикальному варианту.
- Какому? - вопрос прозвучал приглушенно, потому что Жека сжал зубы. Уезжая в США, он прекрасно сознавал, что сестра попытается вновь вбить клин между ними. Поэтому собственно и взял клятву с друга, чтобы Катя не сломала себе жизнь и этим двум заодно. Слишком часто она упрашивала дискредитировать в глазах Воронова Дашу, но Красавчик отказывался, хотя чуть-чуть и завидовал другу, но лезть в их дела не собирался. И Катерине строго настрого запретил это делать, пригрозив реабилитацией в психиатрической лечебнице.
- Шантаж, она попыталась меня шантажировать. Сначала тем, что расскажет Даше о том, как я провел ночь с ней, а когда поняла, что я на это не куплюсь, то пригрозила более крупными неприятностями. Пока тебя не было, она каким-то образом вскрыла твой сейф и нашла то самое письмо и пленку, которые ты должен был уничтожить, но по каким-то причинам этого не сделал. Твоя родная сестра хотела посадить нас обоих в тюрьму из-за того, что я ей отказал, Жек, - всё это было сказано без выражения, без чувств.
- Нет, Катя бы не посмела, - покачал головой Алексеевский. Она не могла. Только не Катя. Он не хотел верить! Предсмертная записка одного из несостоявшихся убийц Виталия и пленка, доказывающая их причастность к смерти нападавших. Эти улики хранились у него когда-то в сейфе и стали бы приговором для них обоих. Воронова посадили бы за убийство, а Жеку за соучастие. Мужчина невольно положил руку к правому боку, где находился шрам от ножевого ранения. Тогда он просто инстинктивно прикрыл Вита и принял удар на себя. Если бы этого не сделал, Воронов был бы мертв, но для самого Алексеевского ранение не прошло бесследно. Так или иначе, та бумага и пленка действительно хранились в его сейфе, правда по возвращении он их уже не нашел, лишь получил сухое объяснение Вита, что эти вещи давно нужно было сжечь.
- Я тоже так подумал, пока совершенно случайно не перехватил ее в отделении милиции, разыскивающую Дорофеева. Она бы сдала нас с потрохами только, чтобы не отдать меня Даше. При этом совершенно искренне считая Дашу своей подругой. Знаешь, я не представляю, почему я ее не убил в тот момент. Хотя был близок к этому... Она загнала меня в угол. Я согласился на ее условие, она хотела быть моей девушкой, но я предложил место любовницы. Я знаю, что поступил, как последняя сволочь. Всё же должен был расстаться с Дашей, но не смог. Она была моей и отказываться от нее из-за того, что твоя сестра решила прибрать меня к рукам, я не собирался. Катя согласилась, и у нас начались редкие и весьма специфичные свидания. Я решил показать, насколько трудно быть со мной, показать истинного себя, но весь процесс доставлял Кате удовольствие, ей нравилась боль. Может быть, в этом всё дело? Ей нравится боль, а я ее умею причинять.... Мой план отпугнуть ее с треском провалился, но я нанял человека, который должен был узнать у кого Ведьма хранила пленку и записку. Это длилось три месяца. За это время у нас было не так много встреч. Катерина была счастлива, а я себя тихо ненавидел. Мне было противно. Но знаешь... потом мне понравилось причинять ей боль, хоть как-то высказывать свое истинное отношение к ней. Бред конечно. В тот вечер, когда Даша нас застала, мой человек обнаружил место нахождения улик, и сразу уничтожил их. Кстати, они хранились у ее отца, если тебе интересно...
