Властительница Тора, похожая на ледяную королеву, восседала на высоком троне. Двое безмолвных рабов установили позади нее несколько пустых птичьих клеток, а другие принесли шелковые сети, в которых метались маленькие пленники. Птицеловы осторожно вытаскивали из сетей жаворонков и сажали их в золотые клетки. Птицы попискивали и верещали от ужаса, но Тора с холодной улыбкой откинулась на спинку трона.
— Хорошо снова оказаться в окружении музыки, хотя прежние птицы были восхитительны на вкус.
— А как хрустят их косточки, — подхватил норукайский капитан, который слонялся по залу в поисках занятия. Кор и его товарищи без приглашения заявились в башню властителей, заняли свободные места и теперь откровенно скучали. Дар известил, что загрузил на борт своего корабля бочонки с вином и сушеные ильдакарские фрукты. Он все еще надеялся вытребовать несколько свежеразделанных яксенов.
— Лучше пусть будут грузом, чем ходячим мясом, — сказал он.
— И все равно это будет дорого, — буркнул капитан, почесав вросший в бритую голову акулий зуб.
— И все же вы возвращаетесь в Ильдакар всякий раз, когда исчезает саван, — заметил Максим. — Похоже, наш город вас немало интересует.
— Он интересует короля Скорбь, вот мы и возвращаемся, — пояснил Кор. — Но я бы предпочел остаться на наших островах.
Никки отвернулась от больших окон. Каждый раз, когда она думала о норукайцах, ей хотелось дать волю своему дару и испепелить этих отвратительных существ. Еще ей не терпелось свергнуть самовлюбленных и бессердечных членов правящего совета и освободить народ. Зерцалоликий стремился к тому же.
Но она должна найти действенный способ. Никки не сомневалась, что придумает, как сделать Ильдакар свободным.
Бэннон вновь ушел со своими новыми друзьями, а вот Натан пришел в зал совета ради возможности поговорить с Андре.
— Повелитель плоти, поскольку на повестке дня нет экстренных вопросов, не могли бы мы вернуться в твою студию и продолжить работать над восстановлением моего дара?
Андре отмахнулся от него, как от назойливой мухи:
— Сейчас я обязан изучить останки каменного воина. Вдруг заклинание главнокомандующего волшебника теряет свою силу? Это меня беспокоит.
— Мое заклинание не теряет силу, — возразил Максим. — Что-то изменилось в основах мироздания.
Никки отступила от окна.
— Мы уже говорили вам об этом. Магистр Рал запустил перемещение звезд и навсегда запечатал подземный мир. Вы сами можете увидеть изменения в ночном небе.
— Спасибо за информацию, — сказала Тора. Ее тон был острее битого стекла. — Но наше решение очевидно.
Натан неосознанно отряхнул зеленый шелк на своих рукавах.
— Боюсь, не для меня, властительница. Какое решение вы имели в виду?
— Мы задействуем магию через пирамиду. Норукайцы привезли достаточно рабов, поэтому мы должны незамедлительно укрыть город саваном, пускай это и временная мера. Тогда наш любимый Ильдакар будет в безопасности, даже если огромная армия пробудится.
— Армия статуй — не самая худшая угроза, о которой вам следует беспокоиться, — тихо сказала Никки.
Эльза и Квентин удивленно подняли взгляд. Главный укротитель Айвен, который чистил ногти коротким кинжалом, поинтересовался:
— Что за угроза?
— Не поднимайте свой проклятый саван, пока не отчалят наши корабли, — потребовал капитан Кор, которого не интересовало обсуждение проблем города. — Мы планируем остаться еще на несколько дней.
— Приготовления займут время, — сказал Максим. — У вас полно возможностей покуролесить в Ильдакаре перед тем, как отправиться вниз по реке.
Кор, Ларс, Йорик и Дар ехидно усмехнулись.
— Все равно мы вернемся домой с кучей золота, — сказал Кор.
— И отдельным бочонком кровавого вина для короля Скорбь, — добавил Дар.
Никки посмотрела на Натана. Ни он, ни она не горели желанием застрять в Ильдакаре на годы. Но у каждого из них оставались здесь важные дела.
Напряженное обсуждение было прервано городским стражником, который с шумом ворвался в зал.
— Произошло еще одно убийство! Властительница, это… — он резко замолчал, словно ему стало дурно.
Максим смахнул пылинку со своих черных шаровар.
— Убийство? Снова эти мерзкие мятежники?
Из глаз запыхавшегося стражника потекли слезы.
— Властительница, я побежал вперед, чтобы предупредить заранее, но они уже почти поднялись…
Процессия торопливо одолела последние ступени и вошла в палату. Воины в доспехах несли тело, завернутое в шелковые плащи, уже пропитавшиеся кровью. Мужчины были мрачными и потрясенными.
Тора встала перед троном. Максим быстро зашагал по голубой мраморной плитке, испытывая скорее любопытство, а не ужас.
— И кто это? — Он скинул один из плащей, обнажив окровавленный латный наплечник.
Лицо прибежавшего первым стражника покраснело от напряжения и страха.
— Это верховный капитан Эйвери! Он был в ночном патруле, а утром мы обнаружили его тело на рынке рабов. Оно лежало на всеобщем обозрении. — Мужчина едва мог говорить. Тора, заметно дрожа, сошла с помоста. — Его изранили осколками зеркал.
