— Мы целый день не видели Дара. Он исчез в вашем городе, а мы должны найти его до отплытия.
Глядя на этих мужчин, Бэннон чувствовал, как в нем вскипает ненависть, похожая на густое ядовитое варево. Не похить они Яна, когда тот был еще мальчишкой, Бэннону не пришлось бы сейчас умолять освободить друга. Все эти годы Ян страдал… Он сжал кулаки, не обращая внимания на Амоса и его товарищей. Бэннон ненавидел норукайцев за то, что они сделали — не только с Яном, но и с другими пленниками, пригнанными на рынок Ильдакара. К этому добавилась новая рана, когда он увидел, как Кор жестоко обошелся с Мелоди.
Когда эмоции хлынули через край, Бэннон, не сдержавшись, выпалил с вызывающей насмешкой:
— Вашего друга найти будет не сложно. Все норукайцы одинаково уродливы.
Трое работорговцев повернулись к нему, удивленные подобным оскорблением.
Ярость Бэннона подобно точильному камню заострила его слова:
— Быть может, кто-то убил его и сбросил со скалы в реку. Нужно проверить, не отравлена ли вода, и посмотреть, не уплыло ли его тело заражать болота.
Йорик и Ларс потянулись за оружием. Кор фыркнул и посмотрел на Амоса.
— Почему вы терпите этого задиристого слабака? Вот какое гостеприимство мы получаем от Ильдакара после того, как привезли ценный груз?
— Он говорит не от имени палаты волшебников, да и сам является лишь гостем, — быстро ответил Амос.
— Он недостойный гость, — сказал Ларс.
— У меня достоинства больше, чем у всего вашего народа, — сказал Бэннон во власти красной пелены гнева. Нечто подобное он испытывал в безумном пылу битвы. — У меня больше чести, чем любой норукаец может себе представить. Вы — кровопийцы. — Его правая рука дернулась к мечу, которого при нем не было.
Йорик отхаркнулся и смачно плюнул Бэннону в лицо. Как выпущенный арбалетный болт, Бэннон бросился вперед, выпуская едва сдерживаемый гнев. Он навалился на Йорика, молотя уродливое лицо, но норукаец замахнулся мускулистой рукой и с силой ударил Бэннона в висок. Юноша отшатнулся, и Йорик двинул ему по подбородку.
Бэннон сосредоточился на бое и снова атаковал работорговца. Капитан Кор и Ларс ввязались в драку, втроем навалившись на Бэннона и колотя его так сильно, что у него зазвенело в ушах. Хотя юноша отбивался и махал руками, норукайцы одолели его, повалив на землю. Он кричал громче, чем несчастные яксены, которых вели на убой.
Тяжелые сапоги норукайцев били его по бокам, и юноша почувствовал, как треснули ребра. Воздух вырвался из легких, но он продолжал отбиваться. Лежа на земле, он пытался ухватить их ноги.
В глубине сознания всплыло воспоминание о группе головорезов, ограбивших его в переулке Танимуры. Они вырубили его прежде, чем подоспела на помощь Никки. Но на этот раз прекрасная колдунья ему не поможет. Бэннон продолжал метаться, а норукайцы топтали его, оставляя синяки и ушибы. Изо рта и носа брызнула кровь.
В конце концов, его мнимые друзья оттащили норукайцев. Айвен сверху вниз посмотрел на Бэннона, который своими опухшими глазами едва что-то различал сквозь туман крови и гнева.
— Этот человек оскорбил достоинство норукайцев, — сказал Кор. — Он должен быть наказан.
— Кажется, он достаточно наказан, — возразил Брок. — Или вы хотите провести с ним еще несколько минут?
— От имени главнокомандующего волшебника и властительницы я обещаю позаботиться об этом, — сказал Амос. — Бэннон Фермер — гость, но норукайцы гораздо важнее. Мы придумаем, что с ним делать.
Айвен хмыкнул.
— Он назвал себя бойцом. Дайте мне забрать его в тренировочные ямы. Адесса захочет дать своим воинам возможность попрактиковаться, а может, найдет ему другое применение. Если ничего не выйдет, скормлю его своим зверям.
Айвен позвал рабов. Бэннон смутно осознал, как несколько человек окружили его, взяли руки и ноги и связали их, чтобы он не мог бороться. Острая боль была такой сильной, что он едва мог двигаться.
— Нет… — простонал юноша, когда его подняли с земли. Бэннон моргнул, повернул голову и встретился взглядом с надменным взглядом Амоса. — Помогите мне… — Молодой человек даже не шелохнулся. Бэннон снова закричал, но из горла вырвался лишь хрип. — Расскажите Никки и Натану. Дайте им знать! Они помогут!
Амос скрестил руки на груди.
— Конечно, мой друг. Не беспокойся об этом. Мы решим эту проблему.
Бэннон цеплялся за последние проблески сознания, но проиграл битву. Погружаясь во мрак, он увидел, как Амос и его товарищи отвернулись, улыбаясь и кивая главному укротителю.
Облака стремительно бежали по небу, а волшебники Ильдакара начали приготовления к возведению защитного савана. Ритуал продлится два дня, своими жизнями пожертвует дюжина новых рабов, привезенных норукайцами. Никки намеревалась найти способ остановить ритуал до того, как станет слишком поздно.
Натан вернулся из причудливой студии Андре раздосадованным, в то время как повелитель плоти был настроен по-деловому.
— Тебе нужно сердце волшебника, но у меня его нет, — сказал Андре. — Прояви терпение, всему свое время. У нас уйма времени, ммм?
— Но вы собираетесь снова поднять саван, — ответил Натан. — Мы будем заперты внутри.
