У меня в глазах темнеет от ее крика. Хочется осадить ее, обругать за такое поведение, но вспоминаю, сколько лет она провела одна и как ей страшно, что это снова случится. Сочувствие перекрывает все остальное.
– Адель, дорогая…
– Ты – мой ключ к свободе. Как думаешь, я могу позволить себе потерять его? – прерывисто шепчет Адель, не сводя с меня глаз. – Так что можешь расслабиться и никуда не спешить. Завтра я дам тебе новое поручение. Надеюсь, с ним ты справишься успешней, чем с прошлым.
– Я не провалила его, просто тот парень умер, – зачем-то пытаюсь оправдаться я. Адель пожимает плечами и расправляет складки юбки.
– Иди спать. Для бесед по душам уже поздно, – сурово говорит она и, развернувшись на каблуках, уходит.
Какое-то время стою у окна и смотрю в темноту. Она такая густая, что кажется, в ней можно увязнуть, как в гудроне. В памяти всплывает Алиса. Вот она едет на велосипеде по зеленому лугу. Она смеется, руки раскинуты. Я доезжаю до ручья первой и, остановившись, любуюсь ей издали. В тот день мы отмечали ее день рождения, ей исполнилось пятнадцать. Юрий пригласил нас отпраздновать у него на даче, и мы согласились. Позже, когда я дремала качаясь в гамаке, мне почудилось, что он поцеловал меня. Я даже боялась открыть глаза, чтобы не вспугнуть это наваждение. Мне хотелось впитать в себя каждый момент этот фантазии…
Усталость наваливается мгновенно. С трудом переставляя ноги, поднимаюсь на второй этаж. Вергилий крепко спит. Ложусь рядом с ним и укрываюсь шкурой. Он бормочет что-то непонятное и тут же сгребает меня в объятия. Дышит мне в затылок, и по коже головы от этого бегут мурашки. Его рука оказывается у меня на животе, и я сквозь ткань блузки чувствую тепло его ладони.
– Ты точно умирающий? – ворчу я.
– Хочешь узнать мое последнее желание? – говоря это, Вергилий улыбается.
– А ты готов удивить меня? – говорю я и тоже улыбаюсь.
– Боюсь, что нет, – хрипит Вергилий и заходится в кашле.
– Ты помнишь, где в лесу находится портал?
– Сложно сказать. Этот лес изменчив, в нем ни в чем нельзя быть уверенным, – отвечает Вергилий.
– Что это вообще такое? Как он выглядит? – поворачиваясь к Вергилию, спрашиваю я. Наши взгляды встречаются, и я вижу, как блестят его глаза.
– Своего рода поток… Световая воронка, – подумав, отвечает тот. – Но без ключей его нельзя найти. Иначе бы вся вселенная превратилась в проходной двор.
– А как выгладят ключи? – продолжаю допытываться я. От разговора дыхание у Вергилия сбилось, из горла вылетают хрипы.
– Морганиты в форме звезд. Их должно быть четырнадцать, и нужно выложить правильную формулу, чтобы портал открылся, – говорит Вергилий и заходится в кашле.
– Скажешь мне эту комбинацию? – затаив дыхание, спрашиваю я. Вергилий грустно усмехается и снова кашляет.
– Если ты пообещаешь мне убить Вайта, даже если меня не станет, – серьезно произносит Вергилий. – Ты сделаешь все, чтобы убить эту тварь.
– Почему это так важно для тебя?
– Вайт убил мою мать.
– О господи! Она…Одна из его жертв? – мне так тяжело даются эти слова, будто я силой выталкиваю звуки изо рта. Сразу вспоминаю Юрия и тело мертвой девушки на конюшне.
– Да, – ледяным тоном отвечает Вергилий, и я понимаю, что он еще с этим не смирился.
– Поэтому ты здесь? Пришел, чтобы отомстить?
– Поставить точку. Так будет правильней.
– Мне жаль… Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через такое, – хрипло произношу я и сжимаю руку Вергилия. Наши пальцы сплетаются, и я ощущаю жар его ладони. Черт, опять температура!
– Теперь понимаешь, почему мне так важно, чтобы Вайт был мертв?
– Да, понимаю, – глухо говорю я. Если бы я сейчас рассказала ему свою историю, он бы понял, зачем мне так нужно домой, но я молчу. Сегодня его вечер откровений, и я не хочу перетягивать его внимание на себя.
– Я хотел это сделать сам, видит Бог, я жил этим… Но теперь я прошу об этом тебя, – горячо шепчет Вергилий, прижимаясь лбом к моему. Чувствую его дыхание на своих губах. – Обещай мне!
– Обещаю, – говорю я. Вергилий едва заметно улыбается, и в его взгляде читается облегчение.
– Спасибо, – еле слышно шепчет Вергилий. Тянется, чтобы поцеловать меня в лоб и клюет в переносицу. Смеюсь, и он смущается. Мы впервые легко общаемся и так близки друг к другу.
– А теперь спи, – шепчу я, убирая темную прядь волос Вергилия ему за ухо. – Тебе нужны силы.
– Да, мой генерал, – усмехается Вергилий, и я чувствую горечь в этой усмешке. Он покорно закрывает глаза, и его дыхание становится тише и ровнее. Вытираю набежавшие слезы и прячу лицо в подушку.
Пробуждаюсь от прикосновения чего-то ледяного к своей руке. Испуганно распахнув глаза, вижу перед собой Адель. Она мягко улыбается и манит меня за собой. Осторожно поднимаюсь. Бросаю взгляд на кровать, на второй половине которой лежит Вергилий. По тому, как тихо он дышит, понимаю, что парень крепко спит. Настройка превратилась в черное пятно и меня не оставляет искушение разрезать кожу и выковырять ее оттуда. Пригладив одежду, на цыпочках выхожу из комнаты и прикрываю за собой дверь.
