Только когда я наконец устроился в постели, а усталость от всей проделанной работы начала давать о себе знать, я вдруг почувствовал, что впервые за день действительно отдыхаю. Без тревог, без задач. Вся жизнь, с ее трудными выборами и последствиями, кажется, осталась где-то позади. Все будет завтра, сейчас я могу просто расслабиться. Включив каналы интравидения, я забыл обо всем и погрузился в просмотр мусорного контента, как в убежище от всего, что окружает. Я переключал каналы, раз за разом, не вникая, не анализируя, а просто наблюдая. Гипертрофированное искусство, странные фильмы, которые были скучны и бессмысленны, даже новостные сводки о событиях, которые никогда меня не интересовали. Как я вообще мог смотреть на это раньше? Все казалось таким далеким и чуждым, как будто из прошлой эры.
Но сейчас, когда на фоне что-то болтало, я ощущал, что мне легче. Меньше мыслей, меньше предвкушений. Пара стаканов, несколько сигарет, и я оказался в объятиях сна. Это был такой настоящий сон, глубокий, темный, с исчезающими образами и звуками.
Не снилось ничего.
— Внимание, впереди контроль-пропускной пункт. Приготовьте документы. — выдал мне голосовой помощник с приборной панели. Пришлось включать его, чтобы не отвлекаться от дороги и не пропустить нужный мне поворот.
Я доехал до красного квадрата на земле, в котором должен остановиться, и следовал дальше командам сотрудника. Заглушить двигатель, положить руки на верхнюю часть руля. Если при мне есть что-то, о чем стоит знать сотруднику, я должен слегка приподнять правую руку над рулем. Я этого не сделал, потому что ничего толком и не вез.
— Цель пребывания в Нью-Шеот? — спросил меня служивый в форме пограничника, когда мне наконец разрешили опустить окно. Они усилили контроль?
— Я там живу, просканируйте чип. — ответил я, все еще держа руки на руле.
Человек в форме направил на меня пистолет. Мои глаза резко расширились, импульс внутри едва не заставил меня оторвать голову этому служителю закона. Но я сдержался, загасив в себе зарождающуюся панику. Это был просто сканер, который он поднес к моей шее.
— Майкл Ли, выйдите пожалуйста из машины. — отойдя от двери, сказал постовой.
Препираться я не стал, осторожно покинул Дюранго. Хотя, мои собратья по несчастью, досматирваемые на границе города, проскальзывали без такого пристального внимания.
— Майкл Ли, без лишних движений отвернитесь к машине, прислонитесь к ней всем телом и заведите руки за спину. — со сталью в голосе командует постовой.
Подчиняюсь.
— Офицер, я что-то нарушил? — спросил я, отворачиваясь к машине.
На запястьях щелкнули энергожгуты, и я тут же ощутил слабость в ногах. Наручниками давно не пользуются, а при задержании вяжут устройством, которое резко снижает физическую активность. Как-то что-то в теле подавляют, я не вдавался в подробности.
— У нас есть веские основания задержать вас и доставить в главное полицейское управление по городу Нью-Шеот. Там вам все объяснят.
Я очень, очень не хотел, чтобы мой день начался вот так.
Размял шею, осмотрел окрестности. Многовато их тут будет. Ну ничего, мне не привыкать быть окруженным. Я обернулся, все еще держа руки за спиной.
— Офицер, я никуда не поеду, пока вы не скажете мне, — постовой тут же выхватил пистолет, теперь уже боевой, из кобуры, и наставил его на меня, целясь.
— Не рыпайся! — полуистерично сообщил мне человек, держа меня на мушке.
— Я же сказал. Я никуда, — подчеркнул это слово, — не поеду, пока вы не объясните мне причину задержания.
— Убийства, контрабанда, тебе этого мало, сукин сын? — ответил постовой, — Теперь развернись к машине и не делай глупостей, если жизнь дорога.
Интересно. Как давно правоохранители начали нормально работать? Пусть по ночам по улицам города поездят, узнают много нового. Тут впору половину жителей гигаполиса сажать за решетку, а многих из них и вовсе ликвидировать на месте. Но его слова дали мне благодатную почву для размышлений.
— Вызовите полицейскую машину, передо мной Майкл Ли. — докладывает человек в свое переговорное устройство.
За контрабанду действительно полагается суровое наказание. И единственные, кто мог как-то поспособствовать моему теперешнему положению, это бывшие союзники Мэй. Выбор у меня, впрочем, небольшой, и соображать надо быстрее. Я могу взбаламутить это осиное гнездо, но тогда о комфортном пребывании в городе можно забыть, они бросят все силы на мое устранение. Мне не страшно, это будет даже интересным, но очень бы не хотелось, чтобы кто-то мешал. Можно поддаться, дать доставить себя в участок. Дальше по ситуации, вплоть до силового решения. А вот сесть в тюрьму было бы максимально тупо.
— Офицер, подойди. — начал я, не проявляя враждебности.
— Не разговаривай со мной, будешь в управлении распинаться!
[Григорий Нестеров]
[Возраст: 24 года]
— Гриш, — еще более лояльно сказал я, — подойди. Не создавай проблем.
