Парень просиял, будто ему, утопающему, подали не соломинку, а бросили канат, спасательный круг, подали вертолет и яхту одновременно.
— Я… я не думаю, что… — начал он, так неуверенно, каким я впервые его вижу.
— У меня свой интерес. Я хочу, чтобы те, кто погружены в нашу кухню, были рядом. Опять же, из соображений безопасности. Ты вправе отказаться, и мы даже продолжим общаться. Но все останется так, как есть.
— Я же могу обсудить это с Кирой?
— Разумеется, какой вопрос. С ней тоже будет беседа, если вы придете к соглашению по поводу нас.
— Блин, это же не шутка? Ты не троллишь меня, не подкалываешь? Прям вот взял, и решил все мои проблемы?
— В каждой бочке есть ложка дёгтя. Но я не могу сейчас ничего сказать. Но приедешь — обещаю, уделю вам время и все объясню.
Разговор мы свернули, потому что за нами стали подглядывать. Пара желтых глаз с вертикальными зрачками. Кошка, большая и черная. Киры.
— Пошли, нас потеряли. Подумай хорошо, вечером будь на связи.
Дальше действовали быстро. Посетили аукцион, докупили недостающие предметы экипировки и снаряжения для наших «новеньких», хотя таковыми они уже, наверное, и не являлись, свитки с заклинаниями на разные случаи жизни, расходники, провиант, кучу всего, что теоретически могло потребоваться на Арбореосе. А о нем стоит рассказать отдельно.
Телепортирующий менгир, кругленькая сумма за групповой портал, и зной Иридиана отпустил, сменившись легким бризом, шелестом густой и сочной листвы и какофонией звуков дикой природы.
Арбореос — гигантское дерево. В прямом смысле, весь континент — это корни, ствол и крона. Но не древом единым, под землей развернулась другая, более темная цивилизация, именуемая Дипфордж. Пристань для глубинных гномов, микоидов, пикси, темных эльфов и рыболюдей. Полный набор чудиков.
На Арбореосе две столицы. Верхняя и нижняя. Главных храм дриад, фей и лесных эльфов — Стазис, расположился прямо в стволе, и являл собой истинное эльфийское чудо архитектуры. Под землей же столица называлась Кроу, и тут уже поработали гномы в своей каменной монументальности переплюнувшие все прочие расы Арка.
— Как красиво! — воскликнула Юля, широко раскрыв рот и, с неподдельным восторгом, рассматривающая все вокруг. Многоуровневый гигаостров, целые поселки, расположенные на ветвях, миллиарды люминесцирующих растений, самых разных птиц диковинных расцветок, густая, но безопасная растительность, и умопомрачительные ароматы ягод, фруктов и росы. Поистине волшебное место, сердце магии, как еще назвать? В мою бытность ассасином я предпочитал Дипфордж, как нечто более понятное для себя.
— Черт побери, не думал я, что эта игра может меня удивить! — подключился к хвалебным одам разработчикам Фес, а я лишь хмыкнул, памятуя, кто же приложил руку к созданию всей этой красочной бури. Пусть ему икнется, старому гаду.
Илья, отлично знакомый по своим рейдерским временам с этим континентом, вел себя куда сдержаннее. Впрочем, как и Кира, но ее я понять могу. Не всем заходит такая гипертрофировано волшебная атмосфера.
Рита погналась за бабочкой.
Наша первая цель — небольшой городок у подножия Древа, оттуда и начнем поиски.
— Народ, я на две минуты в десинхрон, сделаю кое-что.
— Поняли, подождем. — ответили ребята.
Вышел из виртуала я там же, где и ожидалось, в кресле нашей студии на базе.
— Мэй, — окликнул я администратора. — Свяжись с Леоном, передай ему, что нам нужно поговорить. Его нет в онлайне.
— Поняла, босс, сделаю. Как у вас там дела?
— Хорошо, движемся помаленьку. Ах, да, — опомнился я, застегивая новый браслет на запястье, — еще Фесу напиши. Проведи разъяснительную работу, убедись в безопасности их пребытия сюда.
— Есть!
— Ну, я обратно. Вечером закатим вечеринку, если все пойдет как я задумал.
Великое ничто. И я погружаюсь вновь.
— Мастер Фандолин, а, мастер! — веснушчатая девчушка лет двенадцати на вид, еще не оформившаяся, трепала за подол какой-то серо-зеленой рясы старого, очень старого человека.
— Да, Авиана? — смиренно, с тягостной ноткой, отвечал человек, поправляя абсолютно белую от седины бороду, длинную, аж до солнечного сплетения.
— А почему у вас такие длинные уши? — голосок ее щебетал, как самое прекрасное пение птиц, как музыка из глубины души, как божественная амброзия. Только для ушей.
— Потому что я — старый и мудрый эльф, Авиана. А ты — юная поросль, дарование природы, тебе еще жить да жить. И не надо дергать меня за уши! — старик хлопотал, уклонялся, но юркая девчушка, одетая в традиционные эльфийские одежды, состоящие из двух фиговых листочков, прикрывающих срамоту, поспевала и была куда ловчей старика-эльфа. Она дергала его за уши, скрюченные, с длинными седыми волосами на кончиках, и заливисто хохотала, а птицы подпевали в унисон ее радости.
