Когти на уцелевших лапах царапали землю, хвост дрожал в агонии. Бой окончен, по большому счету. И сейчас я не видел ни одного альтернативного для Йозефа пути. Только умереть. Илья, похоже, разделял мое невысказанное мнение. Дракон застонал под очередным ударом, брызнул кровью и стал перевоплощаться, возвращаясь в человеческую форму. Его глаза были широко раскрыты, и на окружающий мир уже не реагировали.
Друг стоял над телом драконида в гуманоидной форме. Грудь выпячена, вздымается часто. Руки все еще сжимают изрядно погнутую арматуру с куском бетона на конце. Его лицо было грязным, напряженным, но в глазах читалась удивительная легкость, облегчение и удовлетворение. С ноткой чистой ярости. Месть совершена. Это был катарсис, чистая, необузданная победа. Личный для друга момент. Долгожданная расплата за предательство.
Осознав содеянное, друг поднял глаза на меня. Я махнул ему рукой, сигнализируя, что я жив и относительно в порядке. Тот махнул мне в ответ, широко улыбаясь.
Минутой позже мы вдвоем стояли над трупом ящера.
— Надо прибраться. — Пожал я плечами. — Мэй просигнализировала, что сюда могут нагрянуть законники.
— Нашел, о чем беспокоиться. — Гоготнул Илья. — Не пофиг ли?
— В сущности, наверное… пофиг. — Осторожно сказал я, задумавшись, чем мы в действительности рискуем. — Ну как ощущения?
— Знаешь чувство, когда не жрал неделю, а потом от пуза наелся? — Начал Илья.
— Нет, но могу представить. — Кивнул я.
— Ну вот. Чувство… я добился того, чего хотел все эти месяцы. Пусть гниет, ублюдок.
Я кивнул, не сводя с изувеченного трупа глаз. Воодушевление Ильи было заразительным, но я не мог бурно выражать эмоции — сильно больно мне было.
— Ты как? Не ранен? — Спросил я, всматриваясь в черного от сажи и пламени друга.
— Да вроде в порядке. — Окинул он взглядом себя, в попытке объективно оценить собственное состояние.
А я лишь усмехнулся. Чистый танк. Хрен его чем возьмешь. Да и силы ему не занимать.
— Гля! — Рявкнул Илья и ткнул пальцем в Йозефа. — Дернулся!
Драконид лежал неподвижно, но разорванные мышцы на переломанных костях агонизировали, изредка сокращаясь.
— Добьешь? — Спросил я.
Он добил. Теперь точно. Бесспорная победа.
— Хух. Убираемся отсюда?
— Да. Получил продвижение в таблице? — Спросил я, не скрывая интереса.
Илья моргнул, и я увидел в его глазах недоумение:
— Ты о чем?
Я вздохнул и хлопнул себя по лбу.
— Забей, я запамятовал, что интерфейса ты не видишь. Я когда топов убивал, получал уведомление о том, какое место они занимали.
— А, это эти твои приколы системные. Тебе не видно, на каком месте были эти двое?
— Нет. — Покачал я головой.
— Ну и хрен с ним. Погнали отсюда, суицидник. — Подшутил надо мной великан.
Мы разнесли в руины целый квартал. Все вокруг было уничтожено, и почти ничего выше бордюра не осталось. Лишь вездесущий синт-бетон, обломки техники, искореженный металл и машины. Все это лежало под ногами, как свидетельство того, что дальнейшие стычки с еще более прокачанными врагами могут быть разрушительнее.
— Так, Майкл! — Услышал я голос азиатки из наушника. — Ноги в руки и долой оттуда, к вам выдвинулись миротворцы. Приступ кибербезумия у них, понимаешь ли!
— Илюх, — киваю я другу, — пора валить. Но только…
Я силился сообразить, что я упустил. Вдруг, мое внимание привлекло шевеление. Из-под завалов показалась рука. Худенькая, когтистая. Накрытая бетонной плитой.
— Че это? — Напрягся друг, глядя на то, куда смотрю я.
— Долго объяснять. Сможешь помочь? Откинуть плиту, чтобы вытащить.
— Смогу. — Сказал друг и с готовностью выполнить просьбу направился туда.
Я вслушивался в мир. Сколько народу тут было? Стреляли отовсюду, а сейчас — тишина, давящая на уши. Неужто всех?.. Черт. Хотя бы вот эту тупицу, которую превратили, можно было бы попытаться вытащить. Чем друг сейчас и занялся, откапывая новообращенного топа из-под завалов. Сейчас было тяжело думать над тем, как поступить, и я хотел обсудить это с командой. Если выживет, сможет рассказать что-то полезное. Будет вести себя неподобающе — повторит судьбу Йозефа. Но что-то мне подсказывало, что этот… человек, будет только рад узнать, как мы поступили с Марком и Йозефом. Отложу это на потом.
Повернув голову на горизонт, я увидел первые признаки наступающего порядка. Мэй была права, и за решение проблемы в окрестностях Нью-Шеота власти взялись всерьез. Шагающие машины, огромные, размером как водонапорные башни, с массивными ногами-колоннами, вышагивали в нашу сторону. Рядом пролетали патрульные и боевые дроны, быстро меняя траекторию и сканируя местность на предмет угроз. Над нами зависли воздушные платформы с энергощитами. Они стянули сюда целую армию.
— Черт… — выдохнул я, чувствуя, что еще не все закончилось. — Как там у тебя? — Спросил я друга громче. — У нас тут гости.
— Ух! — Выдохнул друг переворачивая самый большой кусок. — Вытащил! Чего делать с… ней? — Глянул он на меня.
— На плечо и валим. — Командую я и, пробираясь через боль и усталость, двигаюсь в противоположном направлении от городских миротворцев.
