На мгновение я пожалел, у меня нет третьей руки, как у того шамана. Леон, кулем лежащий на бетонном полу, бессознательный и чертовски тяжелый, как мешок синт-цемента, свалился на меня так, будто это было его целью — придавить меня всей массой. Вроде тощий с виду парень, а тяжести… Он был горячий, кожа влажная и грязная, одежда испорчена. Дышит с хрипотцой, со свистом. Корки крови запеклись всюду, где я только успел посмотреть. Живой — уже плюс. Впрочем, на мысль «жив и ладно» мой внутренний индикатор оптимизма перестал реагировать.
— Ну вот, загрузились, что называется, «под завязку». — Беззлобно высказался Илья, скорее удрученно. Он помог мне погрузить обессилевшего союзника на плечо.
— Да уж. Я в долгу перед ним, тем более, что это из-за меня он оказался в такой ситуации. — Стыдливо пробормотал я. — Было бы странно бросить его, особенно после всего, что он сделал. К тому же, если бы он умер, глаз мне после не сомкнуть.
Илья хмыкнул, но промолчал. Хороший знак: когда он молчит, значит, спорить не собирается. А вот Мэй, похоже, за словом в карман не лезет.
— Слушайте, — ее голос в наушнике звучал четко, сосредоточенно и собранно. — Я там разобралась с проблемой, если не будете задерживаться в опустевшем отсеке — проскользнете без последствий. И кстати, это единственный разумный вариант для вас. Ноги в руки и давайте домой.
— Домой… логово крыс, а не дом. — Прошипел Илья. — Нет, дорогая моя. Пока этот ублюдок озонирует воздух, никуда я не пойду.
Я смерил взглядом Илью. Его ноздри раздуваются, вены на лбу выпирают угрожающе сильно, а щеки краснеют. Кажется, стоит ему задуматься о том, что он сегодня узнал, то тотчас теряет всякий самоконтроль. Дилемма.
— Переговоры. — Вскинул я свободную руку в примирительном жесте. — Ты предлагаешь пойти туда, — я кивнул в сторону бреши на улицу, — помножить Кацураги на ноль и уходить потом? У нас тут на плечах двое раненых, брат.
— Парламентер хренов. Да! Предлагаю. И ты можешь не идти. — Зло посмотрел на меня Илья.
— Кто сказал, что я не пойду? Я лишь уточняю детали плана.
— Майкл! — Мэй втянула воздух через зубы. — Будьте благоразумны, мать вашу. Я совершила ошибку, ляпнула неосторожно то, что вам сейчас только мешает. Я не буду в обиде или еще что вы там себе, имбецилы, надумали своими тестостероновыми мозгами. Я расчистила путь, к обеду чтобы были дома!
— Нет уж, подруга, — буркнул я, — впервые за долгое время я рад, что сделаю что-то полезное в составе команды и для команды.
Илья одобрительно хмыкнул и кивнул, а его кулаки сжались крепче.
Леон дернулся у меня на плече. Сначала меня окатило холодным потом — предсмертная судорога! Я начал было готовиться к худшему. Но нет, глаза чуть приоткрылись, и он хрипло и неразборчиво что-то промычал. Я прильнул ухом ближе, вслушиваясь.
— Воды…
— Отлично, коль пить захотелось, — выдохнул я и вызвал окно инвентаря, — значит жить будешь. Я-то боялся сделки с совестью. — Выудив из ячеек инвентаря бурдюк с прохладной водой, я как сумел напоил друга. Для этого пришлось его прислонить к стене и придержать, пока тот набирается сил. Уроды, твари… бедолага.
— Он слаб. — Заключила Мэй так, как будто мы сами этого не понимаем. — У вас нет запаса времени на геройства, придурки.
Я собирался высказаться о том, что я думаю по этому поводу, но шевеление на плече друга меня прервало. Драконица очухивается и норовит слезть.
Здоровяк напрягся, скинул вражескую женщину со своего плеча и, придерживая ее в вертикальном положении, удерживал стоя. Это было странно. Совсем уж странно.
Чувствуя жгучую неприязнь к Йозефу, я его не рассматривал и воспринимал скорее как карикатуру на чертового злодея. Ну дракон, да, злобный сукин сын. Прямое отражение сущности во внешнем виде. А тут… маленькая, хрупкая в гуманоидной форме, покрытая бронзовой чешуей с ног до головы. Узкие щелочки зрачков, вытянутая пасть, полная острых белых зубиков, массивный хвост с шипами на конце, на черепе — два аккуратных рожка. Она моргала, ничего не говоря, явно дезориентированная.
— Похотливая… кх… аргонианская дева… — Прохрипел и откашлялся Леон, глядя на драконицу и протягивая мне обратно бурдюк.
— Чего? — Глянул я на него.
Он лишь покачал головой.
— Вот только этого нам не хватало. — Пробормотал Илья. — Чего делаем, Майкл?
— Я вообще-то все слышу. — Хрипло произнесла наша «заложница». Голос был неожиданно чистый, совсем не измененный странными для этого существа связками.
Илья вдруг отступил на шаг, перестав ее удерживать. Драконица пошатнулась, уперлась руками в бетон и глубоко вдохнула. В ее глазах еще плавало мутное нечто, свидетельствующее о том, что девчонка держится из последних сил.
— Ты нас не сожрешь? — Спросил Илья.
— Нет… — Покачала она головой. — После того, что произошло… Стану вегетарианкой.
Я скептически вскинул бровь.
— Как звать?
— Анна. — Не раздумывая ответила драконица. — Я теперь в плену?
— Да. — Так же моментально ответил я. — Будешь делать то, что я или этот здоровяк говорим.
