32. Верно, Васеттха, не может быть такого порядка вещей, что бы те брахманы, глубоко погружённые в познание Трёх Вед, но далеки от правил жизни, ведущих к верному брахманству и принявшие те обычаи, которые отстраняют человека от брахманства, закрытые от света, заключённые, збившиеся с пути, заблудшие, могли по смерти, когда разрушится тело, соединится с Брахмой! Не бывать тому.
33. Потом, как приходилось тебе слышать, Васеттха, — что говорят брахманы, престарелые и древние, когда соберутся на беседу, учителя, толковники? ” “Имеет ли Брахма жён и богатство или нет?” — “Нет, Готама.” — “Возникают ли в нём волнения гнева или же нет?” — “Он свободен от гнева, Готама!” — “Возникают ли в нём помыслы злобы или он свободен от зла?” — “Он свободен от зла, Готама!” — “Омрачён ли его дух плотью или он чист?” — “Он чист, Готама!”
34. Но брахманы, Васеттха, глубоко погруженные в познание Трёх Вед, обладают ли жёнами и богатствами или нет?” — “Обладают, Готама!” — “Возникает ли гнев в их сердце или нет” — “Возникает, Готама!” — “Возникает ли злоба в их сердце или же нет?” — “Она возникает, Готама!” — ” Они чисты?” — ” Они не чисты, Готама!” — “Свободно ли их волнение?” — “Не свободно, Готама!”
35. “Итак, Васеттха, как ты говоришь, — брахманы имеют богатства и жён, а Брахма нет. И может ли быть сходство между брахманами их жёнами и богатсвами, и Брахмой, у которого нет ни того ни другого?” — “Разумеется нет, Готама!”
36. “Прекрасно, Васеттха. Но поистине, не может быть такого порядка вещей, чтобы брахманы, глубоко погружённые в познание Трёх Вед, живущие в супружестве, обладающие богатсвами, могли бы по смерти, когда разрушится тело, слиться с Брахмой — нет, не бывать тому!
37. Затем, как ты говоришь, Васеттха, брахманы склонны к гневу и злобе, греховны, несдержаны. Когда Брахма свободен от гнева и злобы, безгрешен, пречист. Какое же сходство, какое подобие может быть между Брахмой и брахманами?” — “Никакого, Готама!”
38. “Поистине, Васеттха, не может быть такого порядка вещей, чтобы брахманы глубоко погружённые в познание Трёх Вед, а в сердце несущие злобу и гнев, порочные, несдержанные, могли бы по смерти, когда разрушится тело, соединится с Брахмой, свободным от злобы и гнева, безгрешным, пречистым, не бывать тому!
39. Так что, Васеттха, как бы не углублялись брахманы в познание Трёх Вед, восседая в высокомерии, они уселись на грязи, и когда думают, что приплыли к берегу Радости, они заблудились безвыходно у порога отчаяния. Посему, трёхмерная мудрость брахманов, есть пустыня безводная, непроходимые дебри, погибель!”
40. Тогда брахман Васеттха сказал Всеблагому: “Мне говорили, Готама, что отшельник Готама ведает соединения с Брахмой.”
41. “Как ты полагаешь, Васеттха, не близка ли отсюда Манасахата?” — “Верно, Готама, Манасахата близко она лежит неподалёку отсюда.”
42. “Как ты полагаешь теперь, Васеттха, если бы человека рождённого в Манасахате, стали бы спрашивать каков путь в Манасахату, то был бы он в затруднении или сомнении?” — “Разумется нет, Готама!” — “И почему же?” — “Да потому, что рождённому в Манасахате хорошо извесна каждая тропинка ведущяя к ней.”
43. “Если бы ещё можно допустить, Васеттха, что человек рождённый в Манасахате, спрошеный о дороге туда впал бы в нерешимость, — то когда Совершенного спрашивают о пути ведущем в мир Брахмы, не усомнится он, не впадёт в затруднение, ибо ведомо мне царство Брахмы, и путь ведущий в него. Как вошедший в Царство Брахмы, как в нём рождённый знаю путь к нему.”
44. Когда он сказал так, Васеттха, юный брахман, сказал Всеблагому: “Как мне и говорили, Готама, — знает путь Готама, тот путь, что ведёт идущего в Царство Брахмы. Будь милостив, славный Готама, укажи соединяющий с Брахмой.”
45. “Послушай, Васеттха, внимательно послушай, что я скажу тебе” — “Да будет так, Господин”— отвечал юный брахман Васеттха.
46. И тогда говорил Всеблагой и сказал: “Знай, Васеттха, что родился в мире Завершитель, Истинно Всепросветлённый, Всеблагой и Преславный, наделённый мудростью и щедротами, Счастливый, Ведатель Мира, Непобедимый, Спаситель заблудших, Наставник богов и людей, Всеблаженный Будда. Он проник в тайны мира, видит их лицом к лицу, как он есть и нижний мир, и высший мир, мир Брахмы и Мары, и видит всех тварей, брахманов и отшельников, богов и людей, и вещает Истину. И Истину которую он вещает, и в слове, и в духе, зачата в Любви, развивалась в Любви, Любовью венчается; он принёс на землю весть о высшей жизни, пречистой, непревосходимой.
47. И домохозяин, и дети его, и человек низкого рода, — все внемлют слову. Кто внемлет, тот исполнится веры в Совершенного, и утвердившись в той вере, размышляет: “Полна помех жизнь в доме, его путь осквернён страстями, и как воздух чиста жизнь того, кто отрёкся от мира. Трудно, трудно живущему в доме жить чистой жизнью, в её полноте, во всей её чистоте, во всём её светлом совершенстве. Да обрею я волосы и бороду, да оденусь я в жёлтые одежды, да покину я домашнюю жизнь, ради бездомной жизни Скитальца!”
