«Давай проверим. В моем мире ворон издревле считался проводником для потерявшихся душ. Единственная птица, которая якобы могла спуститься в подземный мир и добыть там живой и мертвой воды. Наверняка он не просто так там кружит!»
Я не стала признаваться, что однажды ворон мне здорово помог. С теми самыми крыльями, кстати, на которых кое-кто теперь так лихо закладывал виражи. Чую, не зря там появился пернатый помощник. Не верю я в такие совпадения.
«А у нас черная птица считается непреложным спутником Владыки Айда, – очень тихо признался Лин. – Только мы называем ее не вороном, а враном».
«Да какая разница? Летим!»
Шейри на меня подозрительно покосился, но послушался и, поймав ветер, направился в сторону кажущейся крохотной птицы, которая без устали наматывала круги над Хароном, словно указывая нам дорогу.
Я аж изъерзалась вся, пока мы добрались до нужного места, но едва мы приблизились и начали снижаться, как крылатый проводник сложил крылья и камнем рухнул вниз.
Я с досады чуть не стукнула себя кулаком по колену. Остановило только то, что приходилось сидеть в крайне неудобной позе – поджав эти самые колени чуть ли не под подбородок, потому что крылья у Лина были большими, широкими и занимали очень много места. В том числе и по бокам. Так что поставить ногу там было практически негде, и сидеть приходилось, согнувшись в три погибели. А Лин для страховки отращивал на спине толстые и очень тугие отростки, которыми привязывал меня к себе наподобие ремней безопасности. Из-под такого и захочешь – не свалишься.
«Ремень», конечно же, придумала я, но демон согласился, что это необходимо. Тем более что поначалу летун из него был, откровенно говоря, не очень, а я долго не могла привыкнуть к его манере бороздить небеса. Это сейчас мы уже были как заправские летчики – и про воздушные течения знали, и поворачивать без воплей научились, и приземляться стали без синяков на заднице, и вообще, только «мертвую петлю» пока еще не попробовали.
Но про нее я специально помалкивала: демон у меня впечатлительный, а временами еще и азартный. Так что нет. Как-нибудь потом ему расскажу про наших асов, а если он и надумает это повторить, то, пожалуйста, без меня. Хватит с нас полетных экспериментов.
«Ничего не вижу, – пару секунд спустя признался Лин, когда мы решили, что нашли то место, где видели ворона. – Один лес вокруг. Никаких просветов».
«Погоди, – я прикусила губу. – Сейчас я взгляну по-другому, а ты спустись чуть пониже, ладно?»
Шейри послушно начал сбрасывать высоту.
Я же прикрыла глаза и, как в те времена, когда искала Мейра, потянулась мыслью вперед и вниз, ища хоть какое-нибудь завихрение, воронку или дыру. Или что-нибудь другое, лишь бы было жутким, страшным и мерзким по ощущениям. Причем искала я так старательно, искренне полагая, что это будет нечто большое и неприятное, что даже не заметила, как снизу что-то слабо блеснуло. Так, на излете, краешком, как если бы натянутую между деревьями тоненькую леску вдруг пересек на мгновение солнечный луч. А когда глаз все-таки зацепился на это «нечто», да еще Лин его едва не коснулся крылом, то я чуть не свалилась от ледяного укола, пронзившегося мою левую ладонь, и завопила во весь голос:
«В сторону!! Лин, влево и вверх! Немедленно!»
Честное слово, идущий снизу бледно-серый луч, который мы едва не зацепили, напугал меня до дрожи в коленях. Он был слабым, почти не выделялся на фоне черного неба. Тем более я бы никогда не заметила его при свете дня. Но сейчас, когда я смотрела не разумом, а Знаком, когда все мое существо, полное энергии Равнины, коснулось этого мертвенного луча, когда я ощутила сконцентрированную в нем силу… мне стало физически плохо. Да так резко, что сама не ожидала: меня мгновенно замутило, зашатало, затрясло. Едва не вывернуло наизнанку. Хорошо, Лин заполошно метнулся вон, иначе я бы точно рухнула вниз. А так – только головой потрясла, сглотнула мерзкий комок в горле и, вытерев со лба внезапно выступивший пот, хрипло сказала:
«Вот оно, Лин. Кажется, мы его нашли».
Над «плохим» лучом мы кружили, наверное, минут двадцать, силясь понять, правильно ли угадали, но при этом стараясь не приближаться. Потому что каждый раз, когда Лин нарушал невидимую границу, меня начинало снова мутить, руки становились ватными, пальцы сами собой разжимались, в голове начинали грохотать церковные колокола, а во рту поселялся мерзкий привкус крови. Хотя, возможно, это я просто прикусила губу.
«Ничего не вижу, – виновато признался шейри, когда я в третий раз попыталась объяснить ему, в чем дело. – Честное слово, совсем ничего».
«Мы тоже, – дружно вздохнули изнутри Тени. – Однако это ни о чем не говорит – „луч“ может быть хорошо спрятан. Не зря же его столько лет не могли найти даже маги».
«Но я-то как-то чувствую», – возразила я.
«Ты – Ишта».
«И что? Что, теперь все мои странности объяснять тем, что я Ишта?»
«Нет. Просто ты действительно Ишта. И ты должна различать, где тебя принимают как Хозяйку, а где не слишком-то любят».
Вспомнив недавние ощущения, я зябко передернула плечами.
