Впрочем, оставим их традиции в покое.
И меня не слишком удивило, что каждый Клан имел свои собственные цвета – от цвета доспеха до, пардон, чуть ли не унитаза, не говоря уж о знаменах, гербах, ленточках на рукавах и вообще. В общем, так принято. Так они жили испокон веков. И, судя по всему, не собирались ничего менять. От самих Кланов у моих братьев после превращения в Теней остались только следы в виде разноцветных искорок в глазах. Да еще смутные сомнения в том, что они вполне могли быть в прошлой жизни магами. Правда, когда я, обрадовавшись, уже начала мечтать, что среди Фантомов появятся еще четыре чародея, меня быстро спустили с небес на землю, заявив, что это, во-первых, еще неизвестно (по одним глазам много, что ли, скажешь?), а во-вторых, любое обращение к магии будет сжирать их невеликие резервы в десятки раз быстрее. Не говоря уж о том, что если какие навыки у них в той жизни и были по отношению к заклятиям, то теперь от них не осталось даже воспоминаний.
Иными словами, шиш мне, а не четыре дополнительных мага.
Вспомнив о проклятых резервах, я погрустнела: да, иногда я готова забыть о том, что их жизни не бесконечны. Правда, Печати и убитые Твари подарили им почти двадцать лет безбедного существования, но все равно – это слишком мало. И делало их зависимыми от меня, от моих Знаков, позволяющих им чувствовать себя настоящими, и, как ни противно, от Тварей. Заставляло постоянно рыскать по округе в поисках нежити, чтобы как можно дальше оттянуть момент их возращения в состояние призраков.
Еще парни помнили, что, помимо основных, существовали в их народе и промежуточные Кланы. Или Младшие. Немного. Порядка десяти, также различающихся по цвету одежд и знаковых лент, обязательных для каждого воина. Однако боевых магов среди этих Кланов не было. Почему-то. По этой же причине ни один из промежуточных Кланов не мог занимать доминирующую позицию в Скарон-Оле или подняться выше строго определенного уровня.
Вообще, насколько я поняла, это была весьма странная система: полностью военизированная, построенная на жесточайшей иерархии, абсолютно закрытая и совершенно недоступная для чужаков. Чужаки для скаронов были людьми второго сорта. Не-воинами. И не-своими. Их не принимали даже в младшие Кланы. Их не уважали. Их не брали в расчет. И их не считали нормальными. Для скарона имело значение одно: место в системе. И чем выше оно у тебя было, тем большей властью ты обладал. Причем власть старших над младшими являлась абсолютной. Они были помешаны на войне. И на оружии. Совершенно сумасшедшие.
Более того, их Владыки, которых тоже всегда было четверо и которые избирались из числа сильнейших (как в воинском, так и в магическом плане) претендентов, были на территории Скарон-Ола почти что богами. Им подчинялось абсолютно все. Этакая тирания в кубе, которую никто, как ни странно, не воспринимал как нечто неправильное. Напротив, чем жестче были правители, тем больше ими гордились эти странные люди. Чем туже закручивались гайки, тем они считали, что лучше. Война стала там настоящим культом. Оружие служило своеобразным молебном. А хорошие доспехи считались чем-то вроде монашеской рясы у истово верующих, беззаветно преданных фанатиков.
Я даже в самых страшных снах не могла вообразить, что подобное вообще возможно, и искренне не представляла, как могла существовать подобная милитаристская система. Без купцов, без торговцев, пекарей, лекарей, скотоводов… только кузнецы, воины и маги. Вернее, кузнецы-воины-маги. Причем стать кем-то иным ни один мальчик-скарон даже не мечтал. Просто вакханалия войны какая-то. Бал сумасшедших ниндзя. Совершенно невозможное общество. Однако Скарон-Ол был. Жил. И даже процветал, потому что в их военные школы представители знатных фамилий со всего света слали на учебу своих непутевых отпрысков. И слали за бешеные деньги. Причем отлично сознавали, что будь ты хоть сыном короля, тебя могли вытурить оттуда пинком под зад. А могли и выпороть на конюшне за неуважительное отношение к учителю.
Надо сказать, скароны не признавали чужих титулов. Для них существовали только их собственные Владыки, а больше – никто в целом свете. На своих правителей они почти молились, как на сильнейших, жесточайших и могущественнейших. И эта безумная эйфория охватывала буквально всех! Всех, понимаете?! От мала до велика! Никто даже в мыслях не держал, что где-то люди могли жить по-другому! Причем скароны смели заявлять об этом в глаза любому.
