|
В последний раз, когда Чингиз-хан воевал с Таян-ханом, он послал в передовом отряде Кутила из племени барулас и Джэбэ. Во второй раз он послал Джэбэ с войском в страну Хитая и Джурджэ, которые называют Тункин[1020].
[Тот], не приступив к осаде, внезапно повернул назад и ушел на пятьдесят фарсангов в десять дней, чтобы они [население] считали себя в безопасности, [затем] он оставил обозы, повернул назад и, погнав налегке с наивозможной быстротой, внезапно подошел к воротам города, жители [которого были] беспечны [в отношении нападения на них], и такой хитростью он взял город.
Из этого племени было два пользующихся значением эмира: Дека[1021] и Куджукур[1022]. Случай с ними таков: в то время, когда они были вместе с племенем тайджиут, [тайджиуты] убили их отца и старших и младших родственников. Их мать, по имени Байдур[1023]-хатун, испугалась за сыновей. Ходила молва, что каан призревает несчастных и сирот; уповая на это, она забрала их обоих и привезла служить каану. Она обрела его благоволение [сиургамиши]: Куджукуру [каан] дал тысячу [воинов]; самоё Байдур-хатун сделал «тарханом» и повелел, чтобы [отныне] жизненным путем сирот было «тарханство». Дека он соизволил сделать конюшим [актачи] «судан удун’а», т.е. личных коней [каана]. Он повелел Куджукуру, чтобы он доил кобылиц, а мать его ведала кумысом. Сыном Дека был Удуй. Теперь он у его величества каана[1024] состоит при Чин-Тимуре, [является] эмиром-темником и имеет много детей. Сыновья Куджукура [были]: один Буртаджин[1025]-курчи, эмир кешика Тулуй-хана, а другой Кутила[1026]-курчи, ведавший тысячей [войска]. Сын его Чар-Бука принадлежит Кубилай-каану. Сын его Киуджи[1027] приходил сюда [т.е. в Иран] в качестве посла от Минган[1028]-Кудуна[1029], сына Мелик-Тимура. И все!
Они также принадлежали к числу племен нирун. В первое время, когда Чингиз-хан сражался с племенами тайджиутов и собирал войска, это племя, так как принадлежало к его родичам, было с ним в союзе, однако имя их предводителя не известно.
Они также принадлежат к числу племен нирун. В то время, когда Чингиз-хан положил начало войне и сражениям с племенами тайджиутов, это племя из-за родственных отношений, которые оно имело [с ним], явилось к нему и примкнуло к его войску. Имя их предводителя было Даки-бахадур. Прочие их обстоятельства будут приведены каждое на своем месте. И все!
Почему [было приведено] подробное перечисление ветвей монгольских племен в собственном смысле, прочих монгольских племен, народов, которые схожи с монголами, и обстоятельства племен: хитай, тангут, уйгур и других, [так это] по той причине, что рассказы [о них] и их история приходятся на время Чингиз-хана; [последний] же в самом начале своего царствования, при поддержке всевышней истины, подчинил своему приказу все те племена и всех [их] сделал своими рабами и воинами. [Отсюда] явилась необходимость вспомнить [их] и исчислить их подразделения; и то, что стало достоверно известно и по тщательному рассмотрению [несомненно], оно было записано, дабы стало известно, сколько [все] они составляют племен и ветвей, каким образом каждая из них разветвилась и каковы были [врожденная] природа и обычаи каждого племени и где последние имели свои |
Теперь, когда мы освободились от изложения подробностей обстоятельств их [жизни], то мы приступим к изложению летописи государя-миродержца Чингиз-хана и его детей, в частности государя ислама, султана Махмуда Газан-хана, — да продлит Аллах его правление! — ибо это является целью и основным предметом изложения и сочинения этой благословенной книги.
Мы расскажем обстоятельно и подробно, откуда, начавшись, появилась ветвь Чингиз-хана, [равно] каждая из [ветвей] его двоюродных братьев и родственников, обстоятельства их разветвления и что за причина сего.
У Аллаха просим помощи и на него [возлагаем] упование и надежду. Да благословит Аллах господина нашего Мухаммеда-пророка и его непорочное семейство!
