— Так, Митюха, восемь человек сажай возницами на телеги. Там в каждой, кроме детей, по бабе посажено, для присмотра, их отгоните на самый зад телег, чтоб до возниц дотянуться не могли и предупредите: если что, первый болт — их. Один десяток поставишь вперед, остальные… ох, туды тебя! Самострелы! Да стреляйте же!
С первой телеги, уже доехавшей почти до середины моста, соскочил мальчишка и, лихо перемахнув через перила, сиганул в воду. В него-то и приказывал стрелять Тихон, но стрелять было некуда — мальчишка нырнул и довольно долго не показывался над водой. Отроки держали самострелы наготове и внимательно вглядывались в освещенную ярким лунным светом поверхность реки. Кажется, никого из них особенно не волновало то, что стрелять придется в ребенка.
— Да стреляйте же, стреляйте! — повторял, как заведенный, Тихон — у него, от неожиданности, явно сдали нервы.
— Спокойно! — заорал Мишка, снова забыв, что не он командует Младшей стражей. — Течение быстрое, вынырнуть он должен где-то в том месте, где тень от дерева. Видите? Троим держать на прицеле нижний край тени, еще троим — на шаг ниже по течению, еще троим — на два шага…
— Бей! — крикнул Дмитрий, но команда запоздала — несколько самострелов уже разрядились в сторону появившейся на поверхности воды головы.
С другого берега тоже свистнуло несколько стрел. Лучники выстрелили чуть позже отроков, потому что не следили за заранее вычисленным местом, а шарили глазами по всему руслу, к тому же стрелы были пущены по навесной траектории и потому долетели до места уже тогда, когда мальчишка снова нырнул. А вот болты… Было непонятно: попали или нет? Могли и попасть. Больше голова на поверхности не показывалась, но дальше русло было почти сплошь затенено кронами деревьев, так что, даже если мальчишка и выныривал, то разглядеть бы все равно его не удалось.
— Попали! — с нажимом произнес Тихон. — Хорошо стреляете, молодцы!
Ответного: "рады стараться" племянник Луки не услышал, да мог и не знать или не помнить, что в Младшей страже это является обязательным требованием, а вот Мишке молчание отроков сказало о многом. Судя по тому, как переглянулись Роська и Дмитрий, им тоже.
— Вас господин десятник похвалил! — рявкнул Дмитрий. — Не слышу ответа!
— Рады стараться, господин десятник… — нестройно протянули отроки.
— Отставить! Что за мычанье коровье? Еще раз!
— Рады стараться, господин десятник! — теперь ответ прозвучал почти так, как и требовалось.
— Строго, я гляжу, у вас… — Тихон с интересом оглядел отроков, потом спохватился и продолжил давать указания: — Значит, возниц на телеги, баб упредить, один десяток впереди, остальные возле телег с обеих сторон…
От реки донеслись всплески и шипение — ратники кидали в воду факелы — луна светила хорошо, да и привлекать чье-нибудь внимание ярким светом не стоило.
— …Мы пойдем сзади, если что, поможем… — закончил наставления Тихон. — Давайте, шевелитесь! Быстрей доберемся — быстрей спать ляжете!
Племянник Луки развернул коня и погнал его к своим, а "господа Совет" разъезжаться не спешили, выжидающе глядя на Мишку. Что-то надо было говорить…
— Илья, а что с внучками Брезети сталось? — поинтересовался Мишка.
— Что? Ах, с внучками! Так сказывали, что одна из дому сбежала с парнем, а вторая незнамо от кого понесла. А что дальше было, не знаю.