Аристарх, вроде бы удовлетворенно, кивнул в ответ на Мишкину ругань, а потом отвесил ему такую затрещину, что чуть не вышиб из седла. Мишка покачнулся и уронил на землю шлем, который придерживал рукой на передней луке седла.
— Молод еще на старших голос повышать! — Аристарх резко осадил своего жеребца, который вдруг нацелился цапнуть зубами Мишкиного Зверя. — А ты не балуй! Умные все стали, куда вас только девать таких?..
Злость требовала двигательной активности, и Мишка, повторяя цирковой номер, свесился со спины Зверя и подхватил с земли упавший шлем, но этого, видимо, оказалось недостаточно — поднявшись обратно в седло, он почувствовал прямо-таки непреодолимое желание, держа шлем за бармицу, огреть им Аристарха, как кистенем.
— Даже и в мыслях не держи, детеныш! — Староста как-то так повел плечами, что стало понятно: Мишка даже и замахнуться как следует не успеет. — Пока Корней здоров был, я у него три поединка из пяти выигрывал!
— Едрит твою…
Мишка все-таки готов был рискнуть, даже слегка приподнялся на стременах, пружиня ноги и отслеживая взглядом движения Аристарха. Вроде бы сделал все правильно, но удар все-таки проворонил.
— Опа!
Практически не пошевелившись верхней частью тела, ратнинский староста пнул ногой Мишкиного Зверя так, что тот шарахнулся в сторону, чуть не сбросив всадника, а сам Мишка снова уронил шлем на землю.
— Поднимай! — хлестнул командой Аристарх.
Матерясь сквозь зубы, Мишка снова нырнул к земле, а едва выпрямился, вздрогнул от щелчка кнута возле самого лица.
— Бросай и снова поднимай! — от второго щелчка шевельнулись волосы на макушке. Пришлось подчиниться.
Аристарх еще несколько раз заставил Мишку бросить и поднять шлем, и только заметив, что у того кровь прилила к голове и сбилось дыхание, прекратил "воспитательный процесс".
— Вот так-то вас, молодых да борзых! А ты — ничего: в седле ловок и конягу правильно воспитал — стоит как вкопанный и даже помогает телом.
— Все равно… — Мишка, чувствуя, как пылает от прилива крови лицо, старался выровнять дыхание, — все равно, нельзя так! То Перун, то Христос… я-то стерплю, а у отроков ум за разум заходит…
— А ты объясни!
— Да что я им объясню, если сам не понимаю?
— Это от незнания, ничего страшного… — Аристарх вдруг уставился на Анну Павловну, вышедшую на крепостной двор в сопровождении стайки девиц. — Ну вот, я же говорил: ехать придется.
— Куда ехать? — только сейчас Мишка понял, что его "упражнения со шлемом" наблюдала куча народу, и скрипнул зубами от стыда и досады.
И снова Аристарх все понял без слов.
— Ничего-ничего! Не смущайся. Многие ли могут так, как ты, столько раз подряд в доспехе с седла до земли свеситься и обратно подняться? И у многих ли конь так выучен? Ты им сейчас показал, что до твоей стати еще учиться и учиться.
— Ага, под кнутом! — не удержался Мишка.
— А и под кнутом! — согласно кивнул Аристарх. — О почтении к старшим тоже лишний раз напомнить полезно.
— Так куда ехать-то? — Мишка решил далее не развивать неприятную тему, тем более что физическая нагрузка действительно погасила злость. — Ты сказал, что вот, теперь ехать придется…
— А ты сам-то, не видишь, что ли? Нет, ну куда это годится? — Аристарх досадливо шлепнул себя ладонью по бедру. — Я в крепости первый раз и вижу, а ты здесь постоянно обретаешься — и как слепой! На матушку-то свою внимательно посмотри! Ну? Ничего не замечаешь?
— А что замечать-то? — Мишка недоуменно пожал плечами. — Обычное дело: девки на занятия идут… Одеты для верховой езды, направляются к собачьим клеткам, значит, где-то там их Прошка ждет, и будут учить щенков бегать рядом с конем хозяйки и выполнять разные команды, но так, чтобы под копыта не попасть…
— И все?
— Вроде бы… А! Савва рядом с матерью тащится, значит, Красава куда-то… да не куда-то, она наверняка к бабке побежала про казнь рассказывать!
— Вот, значит, и нам с тобой тоже туда съездить надлежит, а то бабы совсем страх потеряли, пора мозги вправлять… — Видимо, заметив Мишкино удивление, Аристарх счел нужным пояснить: — Чем дольше нет войны, тем больше мир становится бабьим. У них ведь норов какой? Тихо да незаметно, но все по-своему поворачивать, и только тогда, когда железо звенеть начинает… М-да, сам понимаешь. Так что, время от времени войну дома устраивать надо — бабьему племени укорот давать, не то вовсе на шею сядут и ножки свесят.
