— Рост примерно пять футов и пять дюймов, платиновая блондинка, носит много косметики, — четко доложил Чарли, подражая своему отцу. — Она актриса и бывшая модель.
Рейбен покачал головой.
— Понятия не имею. Ваша еда будет готова очень скоро.
Вернувшись за стойку бара, он заново наполнил бокал мистера Винила и сказал ему что-то такое, отчего тот развернулся на табурете и посмотрел на их столик. Его глаза были слишком маленькими для широкого, плоского лица, влажная кожа блестела под лампами над стойкой.
Реджи настороженно повернулась к Чарли и прошептала:
— Мне здесь не нравится. Я хочу домой.
Тот кивнул.
— Понимаю, мне тоже не нравится. Но лучше останемся и поедим, ладно?
Он придвинулся ближе и положил руку ей на плечо. От этого по ее телу растеклось блаженное тепло, но потом она поняла, что он так поступил лишь потому, что Тара прильнула к Сиду.
— Сплошная дрянь, — пробормотала Реджи, имея в виду все сразу: исчезновение матери, свои сегодняшние открытия, фальшивое поведение Чарли, обнявшего ее в жалкой попытке пробудить ревность Тары, и тот факт, что она разрешила Таре порезать себя бритвой.
— Добро пожаловать в реальный мир, малышка, — протянула Тара, игравшая с песочными часами на своем ожерелье.
— Не знаю, зачем мы вообще пришли сюда, — сказал Чарли. — Только впустую тратим время. Этот Рейбен даже не знает Веру.
— Господи, да он
— Это тебе тоже мертвые женщины сказали? — ощетинился Чарли.
— Нет, — ответила Тара. — Я просто вижу это.
— Я согласен с Тарой, — поддакнул Сид.
— Ну, конечно, — с горечью сказал Чарли.
— Мне нужно в туалет, — сказала Реджи и встала. Ее колени казались резиновыми, порез на ноге ужасно болел.
— Хочешь, пойду с тобой? — предложила Тара.
Боже, Реджи что, шесть лет? Неужели она выглядит такой жалкой в глазах друзей?
— Нет, спасибо. Все в порядке.
— Уверена? — спросила Тара. Правой рукой она приоткрыла свою сумочку, чтобы Реджи могла увидеть серебристую коробочку с бритвенным лезвием внутри.
Тара выводила ситуацию на новый уровень, предлагая заняться их тайной забавой в общественном месте и показывая замаскированную бритву перед мальчиками, которые не обращали на это внимания. Кожа Реджи нестерпимо зачесалась, пока она смотрела на бритву. Реджи чувствовала, как общий секрет тихо пульсирует между ними и свербит, как зубная боль. Это обостряло ощущения, но каким-то образом умаляло тайну, которая становилась похожей на сочное, блестящее яблоко с пятнышком гнили, незаметным для посторонних.
— Нет, спасибо, — повторила Реджи и отвернулась от разочарованного лица Тары.
По пути мимо бара Реджи через стеклянные двери заглянула в кухню. Она увидела Рейбена, стоявшего за разделочным столом и выкладывавшего ощипанных цыплят. Рейбен поймал ее взгляд, улыбнулся долгой, медленной улыбкой, а потом поднял огромный мясницкий нож и опустил его, одним быстрым ударом мастерски разрезав птицу пополам вдоль грудины.
— Где Джордж? — спросила Реджи у Лорен. Она нашла свою тетю в ванной наверху, споласкивающей судно Веры. Реджи встала в дверях с курьерской сумкой, переброшенной через плечо. Внутри лежали папка с полицейским досье Веры и записка Тары, адресованная Стю Бэрру.
По пути домой все обрело новый смысл: неустанное внимание Джорджа, который покупал ей подарки и помогал оплачивать учебу. Мать всегда говорила, что они с Джорджем когда-то состояли в близких отношениях. Может быть, Лорен ничего не знала?
— Думаю, сегодня он работает у себя дома. Он что-то говорил о поездке на склад в Брэттлборо, но я точно не знаю, будет ли это завтра или сегодня вечером.
— Лорен, можно провести несколько минут наедине с мамой?
Она скептически посмотрела на Реджи.
— Разумеется. Но я только что дала ей ативан, и она может быть сонной.
Реджи обнаружила свою мать закутанной в простыни и одеяла; ее лицо было бледным как мел. Реджи подумала о том, что недавно слышала от Стю, и попыталась представить Веру в качестве убийцы. Ей захотелось истерически рассмеяться.
— Эй, — сказала Реджи, осторожно устроившись на краю кровати и прикоснувшись к плечу матери.
— «Эй» — для лошадей, — откликнулась Вера.
Реджи улыбнулась.
— Лошади едят овес, а девочки — овсянку, — продолжила она.
— А ягнятки щиплют травку, — закончила Вера.
— Мама?
Вера приоткрыла глаза и посмотрела на нее.
— Что ты можешь рассказать мне про Стю Бэрра?
Вера улыбнулась и запела:
— Если в лес пойдешь сегодня, ждет тебя сюрприз.
Если в лес пойдешь сегодня, лучше притворись.
Будет там полно медведей,
потому что мишка Тедди
собирает всех соседей на пикни-иик!
Реджи наклонилась и прошептала в ухо матери:
— Стю Бэрр — это Нептун?
Вера рассмеялась.
— Ты можешь сказать мне, мама?
Вера закрыла глаза; казалось, она вот-вот заснет.
