— Это было бы отлично, — сказала Рили. — Я сильно беспокоюсь за нее, но не знаю, как помочь. Я предлагала ей немного пожить у меня, но она каждый раз отказывается. Кроме того, Дастин вряд ли это вынесет. Олив — все, что у него осталось. Честно говоря, я думаю, что если бы ее не было рядом, то он бы совсем свихнулся. Когда он был гораздо моложе, еще до женитьбы на Лори, он много пил и страдал от приступов депрессии. Боюсь, он возвращается к прежнему состоянию, поэтому мне так тревожно за Олив. Да, у него осталась только она, но и у нее остался только он. Ну, еще я. — Она помедлила, улыбнулась Элен и похлопала ее по колену. — А теперь еще вы с Натом!
Элен кивнула. Она смотрела на фургон и раздумывала, как рассказать об этом Нату. Разумеется, он захочет помочь Олив. Он все еще не доверял ей и называл ее призрачной девочкой, когда ее не было рядом, но когда Элен расскажет ему, что происходит с Олив, он захочет помочь. Как может быть иначе?
Рили заметила, что Элен смотрит на фургон.
— Нату нужно быть поосторожнее, — сказала Рили.
— Поосторожнее?
— Да. Есть одна история, о которой я не упомянула, потому что он отмахнулся бы от нее, как от очередной чепухи.
— Что за история?
— Был в нашем городе некий Фрэнк Барнс. Он был городским врачом и любил охотиться. Он жил в Карвер-Крик. Однажды — кажется, это было в тысяча девятьсот семидесятые годы — он заметил в лесу белую олениху и в буквальном смысле стал одержимым. Он отправлялся в лес каждые выходные. Однажды он взял с собой сына, которого звали Дикки. Тогда Дикки было десять или одиннадцать лет. Они пересекали болото по охотничьей тропе, когда Фрэнк заметил олениху и устремился за ней. Дикки старался поспевать за отцом, но отстал и потерял его из виду. Фрэнк Барнс так и не вернулся.
— Не может быть! — воскликнула Элен. — Он пропал?
Рили серьезно кивнула.
— Поисковые группы неделями искали его. С собаками и даже с вертолетом. Но он бесследно исчез.
— Как ты думаешь, что с ним случилось? — спросила Элен. Она уже находилась под кайфом: мысли стали вязкими и текучими.
— Хетти забрала его, — будничным тоном отозвалась Рили.
Элен похолодела.
— А знаешь, — храбро сказала она, подбадриваясь легким наркотическим зельем, — я тоже видела ее.
— Белую олениху?
— Нет. Хетти в человеческом облике. Если я расскажу, ты будешь считать меня чокнутой?
— Господи, вовсе нет, — сказала Рили и сжала ее руку выше локтя. — Если ты еще не заметила, я верю в такие вещи. Так что расскажи, пожалуйста.
— Ну, с тех пор, как мы приехали сюда, меня не покидало это ощущение… — Элен замолчала.
Рили смотрела на нее, но открыто, а не подозрительно. Она была искренне заинтересована.
— Это ощущение, — повторила Элен. — Кто-то наблюдал за мной. Несколько раз я почти замечала ее и видела намек на движение, понимаешь?
Рили взволнованно кивнула.
— Думаю, она кое-что оставила для меня. Нечто вроде подарка.
— Какого подарка?
— Холщовый сверток с ржавым гвоздем и зубом животного на травяной подстилке. Нат думает, что это олений или овечий зуб.
Рили нахмурилась:
— Он до сих пор у тебя?
— Да, в фургоне.
— Значит, когда ты ее видела, она была похожа на тень или намек на движение?
— Нет. То есть сначала так и было. Но вчера ночью я видела ее, и она выглядела как реальный человек. Почти такой же, как ты.
— Ты видела ее на болоте?
— Нет, — сказала Элен. — Только здесь, в доме.
— Не может быть! Где? — Рили обернулась и посмотрела на дом. — Погоди, это как-то связано с тем, что Нат говорил о «доме с призраком»?
Элен кивнула.
— Вчера мы установили эту балку и провели прошлую ночь в новом доме. Я сама уговорила Ната. Подумала, что это будет весело, вроде кемпинга под открытым небом. Я встала посреди ночи, пошла на кухню и увидела ее, стоявшую в углу. Темноволосую женщину с черными глазами и веревкой на шее.
— Вот дря-яянь! — протянула Рили. — Что она сделала?
— Она… заговорила со мной.
— Нет.
— Да! — резко сказала Элен и огляделась, чтобы убедиться, что Ната нет поблизости.
— Она правда говорила с тобой? — Рили казалась потрясенной и взволнованной. — И ты слышала ее?
— Это был жуткий звук. Я словно примерзла к месту.
— Что она сказала?
— Только одно слово:
— Джейн? — Рили наклонилась ближе, ее лицо раскраснелось. — Это ее дочь.
— Ее дочь, — повторила Элен.
Если так звали дочь Хетти, это было доказательством, что Элен ничего не выдумала. Никакой алкоголь или кошмарные сны не могли сообщить ей эту информацию. Элен видела призрак Хетти, который на самом деле говорил с ней и сказал ей то, чего она не могла знать.
Джейн.
— Ей было около двенадцати лет, когда убили Хетти, — сказала Рили. — Сразу после этого она исчезла.
— О боже. Что с ней сталось?
— Никто не знает. — Рили театрально пожала плечами. — О ней больше не слышали. Конечно, были слухи о том, что она сменила имя или отправилась в Канаду. Другие говорили, что она никуда не уезжала и утопилась в болоте, чтобы остаться со своей матерью.
