Сборник произведений полностью

На высоте примерно четырех футов в старом дереве имелось небольшое дупло размером примерно четыре на два дюйма. Когда-то они с мамой оставляли здесь тайные записки и подарки: шоколадные медали, желуди и мелкие монетки, раскатанные на железнодорожных рельсах. Когда Олив была совсем маленькой, мама говорила, что это подарки от фей.

Олив приподнялась на цыпочки и нашарила спрятанное сокровище: мамино серебряное ожерелье с разорванной цепочкой. Она достала его и отнесла в свою комнату, где сняла амулет с цепочки и отполировала его зубной пастой (она видела, как мама это делала для полировки серебра). У Олив не было новой цепочки, зато имелся тонкий кожаный шнурок, оставшийся от набора для плетения, который ей подарила мама. Олив прикрепила подвеску к шнурку, завязала узел на болтавшихся концах, надела амулет на шею и спрятала его под рубашкой.

После того как Олив увидела рисунок на полу отеля Дикки, это ожерелье — вернее, символ на подвеске, — казалось особенно важным. Она регулярно думала об этом и пришла к выводу, что, если будет носить эту подвеску, ее действие будет подобно магниту, который привлечет маму обратно или хотя бы приблизит Олив к пониманию, куда отправилась ее мать.

Мама называла это ожерелье всевидящим оком. Олив надеялась, что этот амулет поможет ей ясно видеть вещи.

Тетя Рили могла бы понять ее. Рили верила в сверхъестественные видения и волшебные ожерелья, но Олив не могла сообщить ей о своей находке, по крайней мере, не сейчас. Она собиралась на некоторое время сохранить это в тайне.

Доверившись руководящей силе своего нового амулета, Олив прошла по коридору в комнату отца. Как бы то ни было, теперь она считала это место его комнатой, а не их комнатой. Наверное, потому, что ее мать ушла уже давно, а отчасти потому, что теперь это была совсем другая комната. Там появились более просторные шкафы, и дверь ванной комнаты открывалась прямо из спальни. Новое окно было гораздо больше старого.

— Твоей маме всегда очень нравилось, какой вид на горы открывается отсюда, — сказал отец, когда занимался перепланировкой. Олив помнила, как ее мать глядела на горы и говорила, что они похожи на спящего великана.

— Разве тебе так не кажется, Олли? — спрашивала она. — Смотри: вот его ноги и круглый живот. А вон там — его плечи, нос и подбородок.

И Олив действительно видела мужской силуэт в очертаниях гор, но это пугало ее, потому что она была очень маленькой, и мысль о великане, который спит по соседству с ними, была довольно жуткой.

— Как давно он спит там? — спросила Олив.

— Очень-очень давно, — сказала мама. — Может быть, он заснул еще до того, как появились первые люди.

— А что, если он проснется, мама? Что, если он проснется и увидит, что все вокруг изменилось? Разве он не рассердится?

Мама улыбнулась.

— Не думаю, что нам с тобой когда-нибудь придется беспокоиться по этому поводу, малышка, — сказала она.

Отец поставил двуспальную кровать у северной стены, так что теперь они могли любоваться видом из панорамного окна. Впрочем, ремонт спальни так и не закончился. Пол по-прежнему был закрыт фанерными плитами, поскольку отец не знал, что больше понравится маме: ковровое покрытие, лакированные деревянные половицы или просто широкие крашеные доски. А во встроенном шкафу не было задней стенки и потолка — просто каркас с клубком проводов и светильником, прикрученным к распределительной коробке. Там находилось совсем мало вещей: пара фланелевых рубашек, одна хорошая белая рубашка, блейзер и «приличные» брюки, которые папа носил на похороны.

Сейчас, когда Олив стояла посреди комнаты и смотрела на разобранную кровать, она увидела новое стеганое одеяло, купленное отцом: оно было покрыто синими фланелевыми утками и красными охотниками с ружьями. Внезапно она осознала, что, если не считать одежды, сложенной в новом шкафу, все следы матери исчезли. Исчез даже запах ее духов. Туалетный столик был очищен от маминой косметики и журналов, которые она читала. Уже не впервые Олив задалась вопросом о том, что на самом деле подумает ее мама, когда (и если) она вернется домой. Не будет ли страшно обнаружить, что все изменилось, ничто не осталось таким, как она помнила? Отец верил, что это станет большим и приятным сюрпризом, но Олив невольно представляла, насколько шокирована будет мама. Эти перемены могли только рассердить ее и навести на мысли, что они постарались стереть все следы их прошлой жизни и забыть о ее существовании. Это будет похоже на пробуждение спящего великана.

Чувствуя себя правонарушительницей, Олив приступила к поискам и начала с материнского шкафа. Она не могла объяснить, что именно собиралась найти. Что-нибудь необычное, какую-то путеводную нить. Ключ к пониманию того, что могло происходить с мамой в последние недели перед уходом. Олив обшарила карманы штанов, рубашек и курток, но не обнаружила ничего, кроме освежающих мятных таблеток, раскладного спичечного коробка с логотипом «Таверны Рози», чеков из бакалейного магазина и с бензоколонки. Ничего нового или необычного.