— Еще бы я не была уверена, — ответила Эви. — Я управляла автомобилем, когда мы попали в аварию.
Они пили «Маунтин Дью» — у Эви были целые коробки этого пойла — и ждали заказанную пиццу, пока Эви мало-помалу рассказывала им о своей жизни. Пока она говорила, Фиби переводила взгляд с Эви на Сэма и замечала черты сходства между ними: темные волосы с легким треугольным выступом на лбу, изящный нос… даже губы были похожи. Не оставалось сомнений, что они родственники.
Эви поведала им, что в колледже она специализировалась на живописи и уже собиралась устроить свою первую крупную выставку в художественной галерее, когда они с Элиотом попали в аварию, возвращаясь домой после ужина.
— Было уже поздно; возможно, я немного перебрала с алкоголем. Элиот определенно перебрал, поэтому я и села за руль. Прямо перед нами на середину дороги выпрыгнул олень, большой старый самец с рогами шириной почти с мою машину. У меня не было времени затормозить, и я инстинктивно вывернула руль, понимаете? Мы врезались в дерево.
Она прикусила ноготь и несколько секунд катала огрызок во рту, прежде чем выплюнуть его.
— Капот с пассажирской стороны был раздавлен всмятку. Переднее сиденье отбросило в заднюю часть салона, так что я видела только его ноги. На нем были новенькие байкерские ботинки черного цвета, но они были покрыты кровью и кусочками стекла. Помню, я подумала, как он расстроится, когда увидит, во что превратились его ботинки. Странные мысли приходят в голову в такие моменты.
Эви закрыла глаза.
— Странные мысли… — пробормотала она и с силой протерла глаза костяшками пальцев, вдавливая их в глазницы. Когда она опустила руки, ее глаза были красными и влажными, почти такими же ободранными, как ногти и губы.
— Потом я выглянула из-за разбитого ветрового стекла и увидела того проклятого оленя прямо рядом с нами. Он стоял и смотрел, совершенно невредимый. Потом он ускакал в лес, а его белый хвост летел следом, как флаг. Я так и не открыла свою выставку. После этого я перестала рисовать. Несколько раз попадала в клинику, потеряла наш лофт, потому что не хватало денег на аренду,
Она объяснила, что теперь живет на пособие по инвалидности и покидает квартиру лишь раз в неделю, когда вызывает такси (по ее словам, всегда с одним и тем же водителем) и уезжает на сеансы терапии.
— Агорафобия, — с хриплым вздохом объяснила она. — Вы читали об этом и считаете это выдумкой — неужели так страшно выйти на улицу из дома? — но мало-помалу вы превращаетесь в жалкую личность и платите какому-нибудь мальчишке, чтобы он выносил мусор и покупал вам туалетную бумагу.
Фиби понимающе кивнула, охваченная жалостью. Она попыталась представить Эви, которая привела себя в порядок и прибавила несколько фунтов в весе. Та была прирожденной красавицей: темные глаза и пухлые красные губы.
— Значит, вы больше не пишете картины? — спросила Фиби.
Эви покачала головой и поиграла металлическим ключом, висевшим на цепочке. Внезапно она обратилась к Сэму:
— Знаешь, это может показаться нелепым, но, думаю, моя жизнь повернулась таким образом из-за того, что я сделала давным-давно. Тем летом.
— Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Сэм.
— Я предала Тейло. Феи были нашим секретом. Лиза заставила нас поклясться, что мы не расскажем о них ни одной живой душе. Но именно я показала людям книгу. А потом, неделю спустя…
Она не закончила фразу, да в этом и не было нужды. Через неделю Лиза пропала без вести.
— Ты что-то говорила насчет телефонного звонка, — напомнил Сэм.
— Примерно неделю назад, — сказала Эви. — Сначала я подумала, что это маленькая девочка. Она говорила тихо, почти шепотом.
— Что она сказала?
— Она сказала: «Я вернулась из страны фей. Скоро увидимся». Потом повесила трубку.
— Лиза, — пробормотала Фиби.
— Это просто невозможно, — возразила Эви. — Но кто мог сыграть такую шутку?
Сэм и Фиби обменялись взглядами.
— Теперь ваша очередь, — сказала Эви. — Расскажите о той, кто скрывается за моим именем. И объясните, почему вы стали искать меня после стольких лет.
За пиццей с пепперони (Фиби снова начало подташнивать, поэтому она отломила лишь небольшую корку) и «Маунтин Дью» они с Сэмом поведали свою историю, начиная с прошлой недели, когда позвонила женщина, которая назвалась кузиной Сэма, и заканчивая визитом к настоящей Эви. Та кивала и время от времени задавала вопросы, но в основном слушала, пока они не закончили.
— Значит, «Книга фей» находится у них? — спросила она.
— Да, как и все остальное, что мы привезли с собой. Сумочка Фиби, наша цифровая камера с фотографиями этой другой Эви и Элиота, практически единственным доказательством их существования.
— Но из дома ничего не пропало?
— Ничего такого, что мы могли бы заметить, — ответил Сэм.
— Хитрый ублюдок, да? — осведомилась Эви. Фиби решила, что ее лицо напоминает кошачью мордочку. Высокие скулы, заостренный подбородок и большие глаза.
Сэм переминался с ноги на ногу, глядя на них.
— Кто? — спросила Фиби.
