Я сочувственно глажу его по лапе, на когтях которой темнеют пятна крови. Не переживай, дружок, у нас тут образовалась небольшая война и к потерям стоит привыкнуть. Теперь уже никаких сожалений, придется терпеть до того момента, когда можно будет предъявить счет. В ответ на мое сострадание он благодарно вздыхает и дружески сопит. Мы поворачиваем за осевшую кучу мусора и петляем по тропинке, ведущей к Фогелю и временному лагерю. К нашим потерям стоит привыкнуть. Только так.
В животе у Ва урчит, этот звук сопровождает нас всю дорогу. Сегодня кроликам придется туго, меланхолично размышляю я. Голодный дракон наведет шороху и суеты в округе. Девчонку живой! Укуси свой зад, косоглазый. Внутри растет бессильный гнев. Хочется выругаться, но я сдерживаюсь. Принцессы не ругаются, как базарные торговки. До вечера остается совсем немного и нам придется заночевать в нашем убежище. Ночь — время дермонов, из нор появятся вамкрабы, павуки покинут гнезда из сухой травы, а сколопендры и листиножки никуда не денутся, просто станут незаметнее и опаснее. Ночью по долине шатаются только совсем отмороженные придурки и мой бронированный дружок Ва.
Красное солнце судорожно опадает за горизонт. Мнется, идет рябью, словно сдувающийся шарик. Мы проходим мимо очередных мусорных куч, чтобы через некоторое время спуститься в лощину и нырнуть под спасительный багровый полог плюща. В ф’томобиле картина маслом, наш отважный колдун набрался по самые брови и спит, развалившись на сидении. Ноги в стороны голова откинута, из уголка рта тянется нитка слюны. Милый Эразмус, что тебе снится? Судя по всему что-то приятное, принимая во внимание пустую бутылку с зеленой этикеткой и драгоценную баночку моего дракона валяющуюся под ногами.
— Трикси! — обиженно вопит чешуйчатый, — я тебе говорил, что от него надо избавиться? Смотри, что наделал этот придурок. Намешал твое винишко с с’мгончиком. От него один геморрой и никакой пользы.
— Я ему разрешила только одну, — защищаю Фогеля я, — про твою морковную пакость разговора не было. Справедливости ради, надо было его предупредить.
— Справедливости? Справедливости? — раздражается мой дружочек, — чувачок вылакал мою баночку, а ты говоришь о справедливости? Может мне хочется откусить ему его тупую башку? Меня же никто не предупреждал, что этого не надо делать?
— Не предупреждал, — соглашаюсь я, усаживаясь на остатки ветхого кресла, — с другой стороны, теперь его ожидает самое жестокое похмелье в жизни. А это похуже того, что ты хочешь сделать, согласись?
Дракон обиженно фыркает и двигает к тележке пересчитывать запасы. Теперь м’технику до них не добраться никогда, уж что-что, а беречь нужные вещи Ва умеет. Взять хотя бы тот случай, когда мы набрели на небольшой, разодранный окном контейнер с консервами. Тогда пришлось немного попотеть, отбивая его от непрошенных гостей из владений па Вазарани. От удара дубины меня спас шлем, а Ва пару дней прихрамывал, пришлось шить тонкой проволокой рану на его бедре. Ох и намучилась я тогда с этой проволокой. Проткнуть кожу воющего от боли дракона, который к тому же щелкает челюстями у тебя над головой — это подвиг, не каждая принцесса на это способна.
Я привычно отстегиваю ремни, откладываю шлем в сторону и вспушиваю волосы пальцами. Теперь их долго не придется мыть, а голова под шлемом сильно потеет. Еще одна проблема к тем, что имеются. Принцесса Беатрикс с немытой головой, за которой охотятся Протопадишах и гнусные бароны. Беатрикс потерявшая владения, Штуковину. Беатрикс у которой прочие беды. Бедная Беатрикс. Чем я это заслужила? Глупый вопрос.
Спящий колдун ворочается и тянет губы, словно целует кого-то. Кого? Ведьму из ХаЭр? Я чувствую укол ревности и вздыхаю. Бронепластовые мухи медленно кружатся над его красивой головой. Хочется шлепнуть его по затылку, чтобы он проснулся, но и так понятно, что ни к чему это не приведет. Морковный перегар чувствуется на расстоянии двух метров. Мой колдун безобразно пьян. Интересно, с чего это такой эффект? Я кошусь на баночку из под драконьего с’мгончика — совсем маленькая.
— Осталось пятнадцать, — трагическим голосом кукарекает Ва, — пятнадцать, Трикс! Если наши дела так пойдут дальше, я за себя не отвечаю, клянусь бородой Матушки.
Я тоже за себя не отвечаю, думаю я. Но вслух не произношу, принцессам необходима выдержка. Пусть даже у них немытая голова.
— Кролики? — чтобы хоть как-то отвлечься предлагаю я. Еда — лучшее средство от переживаний, в любых обстоятельствах. Если не знаешь, что делать — ешь. Или спи. Или пей. Всю эту полезную информацию, сообщила мне Матушка Ва. Сообщила его собственной зубастой пастью. Я уже сомневаюсь, существует ли она на самом деле или это выдумки моего дружка. А может она вообще божество всех драконов? Или божество алкоголиков в его мире? Добрая Матушка Ва которой все молятся и получают мудрые откровения.