Он никак не может взять в толк. Икает и мотает головой. Цветы вовсе не то, что он понимает. После долгих разговоров становится ясно, что он просто выращивает растения в горшочках. Так, чтобы можно было поставить в комнате для красоты. Как по мне, это самое бесполезное занятие на свете. Впрочем, по-видимому, не здесь. Кроме колючек в Городском Парке и плесени на улицах из растительности ничего. Только дождь, стены из бетона и лихорадочные лица местных обитателей, в глазах которых уснула надежда.
Никогда не подозревал, что растения могут цвести, утверждает Клаус, это поразительно! Я киваю и отпиваю глоток из стакана. Это еще что, милый! Ты с ума сойдешь, если узнаешь всю правду о прекрасной Беатрикс. Пусть даже магия Мусорной Долины на поверку оказалась полным фуфлом, все эти заклинания, колдунские приблуды, рьяная вера в настоящие чудеса. Все это пошло прахом, разбившись о сырой бетон Нижнего города. Допустим, мой любимый колдун Фогель был прав, когда с пеной у рта доказывал, что магии не существует. И что мы с чешуйчатым непроходимые тупицы. Одно остается непреложным фактом: я обняла Штуковину и, наверное, умерла и теперь хочу вернуться домой. И это никак не объяснить.
Напротив меня, за стойкой теснятся подсвеченные бутылки с разноцветным бухлишком. Единственные цветные пятна тут в сером бетоне. Если не брать во внимание подстерегающие на каждом углу рекламные мониторы. Надоедливое электрическое пламя, бьющее из темных сырых трещин местной жизни. Подстерегающее тебя, стоит тебе хоть чуточку расслабиться. А ведь там, откуда я свалилась, все было совсем не так. Целые разноцветные поляны, красный плющ, обвивающий все, куда может дотянуться, стрекот насекомых, зеленые берега Оранжевой реки. В моем сознании вспыхивают картинки. Штуковина. Пыль. Обтрепанные баронские воинства под тряпками штандартов. Мы там сильно воевали, кажется. И кажется я победила. И кажется — наделала самых героических дел. Моя прошлая жизнь, калейдоскоп несвязанных картинок, в котором начинает угадываться слабый смысл.
— Ты их прямо так видела? — удивляется Клаус, я перевожу на него взгляд.
— Конечно, дорогой, как тебя сейчас.
— Невероятно!
— Ну, ты же не всегда был цветоводом? Ты же был в других местах? Разве там не было цветов? — смысл понятия «доброволец» я прекрасно понимаю. Мой собеседник мрачнеет. И нехотя кивает. Да, он бывал в других мирах.
— И что там? — интересуюсь я. Он задумчиво рассматривает батарею бутылок за стойкой, словно именно в этот момент выбирает, которая станет его следующей целью. Матушка, еще один задумчивый неудачник, которому судьба подкинула неприятностей! Приходится вывести его из паралича, толкнув рукой в плечо. Что там?
— Там, все совсем другое, — скупо бросает он. На самом деле он был в трех местах, но нигде не видел цветов. Только горелую землю, грязь и воронки, выкопанные снарядами. В первых двух даже было солнце, но от этого эти миры не были лучше, чем Нижний Город с постоянным дождем. В третьем стояла постоянная темень. И с неба сыпался пепел.
— Я мало что помню, — извиняется мой собеседник, — нас выбрасывали из Окон. Местные грузили по нам из всего, что только могли достать. Это был полный капец! Я видел, как одному оторвало ногу, сразу после выброски, ты не представляешь, как он вопил!
— Из Окон? — переспрашиваю я, затаив дыхание.
Ну, Окна, все их так называют, как они называются по науке, он не знает. «Добровольцу» вообще не положено много знать. Все, что ему известно, что местные нарываются на конфликт и их нужно склонить к миру. Послать миротворцев. Так им объяснили, по крайней мере. Слава железному Густаву он вернулся почти без потерь и теперь может заниматься тем, что ему по душе. По нему видно, что он не хочет разговаривать на эту тему, да и вообще он пришел к Мумеду снять веселую не замороченную девчонку. Я лицемерно поддакиваю, но выруливаю разговор в прежнее русло. Прежде всего, меня интересуют Окна и Машины. Видно, что от керосина у моего огромного собеседника развязался язык и клянусь бородой Матушки, этот шанс я не упущу.
— А как вы попадали в Окна?
— Они там! Там тренировочные лагеря и трансМашины для пехоты и техники.
Я рассматриваю палец, устремленный в потолок и соображаю. Штуковины там, наверху и мне просто необходимо туда попасть. Правда, зачем, я пока не имею ни малейшего понятия. Что я буду делать с этими прозрачными медузами с разноцветными огоньками во внутренностях, мерцание которых напоминает ток крови? Обниму ближайшую? Прижмусь к ней как теленок к матери?
