— Мне как, в очках или нет? — спрашивал он, примеряясь и так, и эдак. У меня одного глаза-то нет, а второй — если видит, то два процента… А куда посадите? Куда удобно, так и скажите, потому что я вас не вижу. А занавеску занавесить — окно?
Хатка маленькая, как подсобка, и куда ни сядь, все фон мешает. То картонная коробка сзади, то занавешенный наглухо телевизор.
Виктор Григорьевич старается улыбнуться и голову приподнять. Но голова не слушается, клонится вниз, и лицо не получается веселым. Отвлекаем его, развлекаем — не получается. Фотокорреспондент «Евпаторийской здравницы» Валентина Лавренко долго щелкала фотоаппаратом, пока наконец он улыбнулся.
На снимке он не грустит, это у него улыбка такая.
А. ЕГОРОВ,
бывший сержант морской пехоты
В начале декабря 1941 года был высажен короткий десант в Евпаторию. Ночью к берегу проскочили два катера-охотника. Моряки захватили документы из полицейского и жандармского управлений, освободили из плена более ста человек. Скрылись под утро, прихватив с собой двенадцать «языков». Еще сожгли пристань — это зря.
Операцией руководили два друга — командир отряда капитан В. Топчиев и батальонный комиссар У. Латышев.
Спустя месяц в Евпаторию двинулся новый десант — 740 человек. Главная ударная сила — батальон морской пехоты: 553 пехотинца под командованием капитан-лейтенанта Г. Бузинова. Кроме того, в составе десанта было 60 разведчиков штаба флота во главе со знакомым нам капитаном В. Топчиевым. Задача — занять побережье, продержаться несколько часов до прихода главных сил. Затем захватить город — «овладеть исходным плацдармом для наступления на Симферополь».
В успехе не сомневался никто. С десантниками шел бывший председатель горисполкома Я. Цыпкин — чтобы снова возглавить Советскую власть. Возвращались в родной город недавний начальник горотдела НКВД С. Иванов, начальник милиции П. Березкин.
В ночь на 5 января тральщик «Взрыватель», семь катеров-охотников и морской буксир «СП-14» вышли из осажденного Севастополя. Только в море десантникам сказали, куда идут и с какой целью.
Было около трех ночи. Немцы открыли по кораблям прицельный артиллерийский и минометный огонь. Аукнулась сожженная недавно Центральная пристань. Моряки высаживались в ледяную воду. Во время высадки было убито и ранено больше полусотни человек. Убили командира высадки Н. Буслаева. Только сошел с капитанского мостика на палубу — и возле него разорвался снаряд.
Несмотря на потери, вначале все шло по плану.
Взвод Г. Пронина, покинув Товарную пристань, перебил немецкий патруль и двинулся к немецкой комендатуре.
Рота лейтенанта Шустова, высадившаяся на Хлебной пристани, продвинулась в глубь старого города, в районе мясокомбината моряки освободили из лагеря около 300 советских военнопленных.
Оперативно-чекистская группа Литовчука громила гестапо. А. Лаврухин:
В гостинице расположился штаб батальона. Уже увидели в городе и, конечно, сразу узнали двухметрового гиганта, председателя горисполкома Цыпкина. И он узнавал людей, кричал женщинам:
— Девочки, мы вам свежие газеты привезли!
Это был праздник!
