При этом Андрей с удовольствием ухватил во взгляде старика компоненту, напрочь отсутствовавшую в лицах рассмотренных ранее прохожих. В глазах светились и фонтанировали мысли и ум. И данный ингредиент магическим образом превращал простые отверстия в черепе, в настоящие «зеркал
«Что же такого страшного произошло у аккуратного дедушки-лоточника? – думал граф, отсчитывая деньги. – Умерли близкие, сгорел дом, пропала любимая собака? Что способно вызвать столь крайнюю степень эмоционального напряжения? Над чем он так лихорадочно размышляет?»
Андрей повернулся и пошел было дальше, но нестерпимое желанье спросить, поддержать и по возможности помочь заставили его обратиться. Но он увидел лишь старого, немного уставшего человека. Ещё энергичного и не желающего бездельно сидеть дома или «чесать язык» у подъезда на лавочке. До сих пор способного к самообеспечению и не ждущего прибавки к своей маленькой, смешной пенсии. Простого российского пенсионера.
Лоточник в недоумение уставился на вернувшего парня и спросил:
– Что, сосисочка не понравилась? Или водичка не достаточна холодна?
С глазами был полный порядок. Хотя возможно вновь заняла свое место прекрасно сработанная маска?
– Нет, все в порядке, все очень вкусно, спасибо, – пробормотал Андрей и двинулся восвояси.
Но что-то все равно было не так. И это «что-то» неприятно настораживало.
«Дался тебе этот старый пердун! Пусть он хоть трижды сдохнет, тебе то что?! Своих проблем выше крыши, а ты в чужие хочешь залезть! Героем себя возомнил, идиотик чертов!»? – заорал Внутренний, да так, что Андрей от неожиданности подпрыгнул.
Проходящая мимо парочка с недоумением уставилась на молодого дергающегося парня. Секундный интерес и они вновь двинулись своей дорогой, высказывая на ходу вердикт «о каком-то дебильном или обкуренном» и почему-то упоминая «не стильный прикид».
Эти слова ни в коей мере не задели его самолюбие, но мысль, что кому-то и правда станет плохо, а рядом окажутся только эти двое, неприятно поразила.
Название данной породы людей, без употребления матерных слов, могло бы звучать как «равнодушные тряпичники». Такие особи видят только себя, собственные проблемки и желаньица. Они не настоящие эгоисты в правильном понимание этого прекрасного термина. Их самолюбие направленно не на великие свершения и открытия, а на становление материальной части жизни. Они покупают дорогую одежду, машины, дома, яхты, самолеты… Они считают себя крутыми и правильными, а сами не видят дальше собственного носа.
А ведь не крутые они, а лохи глупые, которых развели на яркой упаковке, престижной марке и следовании «законам моды».
Ну, согласитесь, разве моей жопе станет лучше оттого, что на моих трусах будет красоваться «лайба» Gucci или D&G? Она возрадуется и возгордиться? Или я сам стану умней, красивей и порядочней? Бред какой-то!
«Меркантильные самовлюбленно-стильные уродцы, смотрящие не на людей, а на их одежду» – высказанное Внутренним определение сей милой касты. По данному вопросу Андрей был с ним абсолютно и полностью солидарен.
В таких пространных размышлениях, поедании удивительно вкусного «хот-дога» и запивании его ледяной минералкой, он шел дальше. Солнечный блин по-прежнему бросал на землю миллиарды жалящих стрел. Люди спасались от них в теньке, бутылочке холодного пивка или порции мороженного. Сновали машины, противно бибикая и вычихивая в атмосферу вонючие выхлопные газы. Жизнь продолжалась.
Следовало определиться с ВУЗом и работой, но Андрей решил не подгонять события. Возможность провала при поступлении он исключал как нечто невообразимое, а работа… Сама подвернется, ведь это Москва!
Проблема жилья решиться после его зачисления в армию студентов: обязаны предоставить общагу. А пока можно поспать на вокзале или, на худой конец, в подвале. Он был крайне неприхотлив.
Существующую возможность вступления в Московское Дворянское Собрание Андрей оставил на крайний случай. Нет, его бы непременно приняли, предъяви он соответствующие документы и грамоты. Но где искать это грёбаное Собрание? И не в таком же качестве вступать в элиту! Благородный сирота, просящий пристанище и кусок хлеба! Нет уж, увольте!
Внимание Андрея привлекла вывеска магазина, на которой витиеватыми дореформенными буквами красовалась лаконичная надпись «Антикварiатъ». Витрину драпировала темная ткань, но на двери наличествовала табличка «Добро пожаловать!».
«Может зайдем?», – предложил Внутренний, и Андрей не смог отказать другу. Он и сам был не прочь поглазеть на собрание диковинных вещичек.
Толкнув стилизованную «под старину» дверь, он очутился в полутемном помещении, заставленном стеллажами и полками. Из массивных бронзовых светильников, висящих по всему периметру стен, исходил неяркий дерганый свет. Воздух наполнял запах копоти, перемешенный с ароматом благовоний.
«Неужели и, правда, масляные? – с интересом подумал он и двинулся в глубь комнаты. А копоть отбивают, воскуривая фимиам?»