— Ничего, ничего, — улыбнулся я ей. — Все нормально. Хотя ваше неверие в мою разумность немного напрягает, Канами-сан. Почему-то все уверены, что я просто обязан сотворить что-то предельно глупое. Ведь я неразумный подросток, не так ли? Впрочем… Сейджун, — обратился я к Леснику, как и в прошлый раз сидевшему за рулем.
— Слушаю, босс, — отозвался он.
— Кто самый умный на свете человек?
— Вы, босс, — даже не задумался над ответом Лесник.
— А кто самый красивый?
— Да боги его знают, — произнес он. — Я, скорее всего.
— Вы поняли? — улыбнулся я, глядя на девушку. — Уловили смысл?
— То, что ваш пёсик самый красивый? — усмехнулась Канами. — О да. Уловила.
— Глупая Канами-тян, — покачал я головой. — То, что снаружи, — не важно. Верность и вера. Он может беспокоиться обо мне, но он верит в меня. Именно это отличает наемника от приближенного.
— Аматэру-сан… — произнесла Эйка.
— Вера должна на чем-то базироваться, — прервала сестру Канами, отведя при этом глаза.
— Вы путаете веру со знанием, Канами-сан, — покачал я головой.
— И что? К чему все эти слова? — нахмурилась она.
— К тому, Канами-сан, что ваша работа — выполнять приказы. Вам не обязательно верить мне… или в меня. Всего лишь. Выполнять. Приказы. И в отличие от того же Сейджуна вы можете просто уйти, если вас что-то не устраивает. Вас по-прежнему что-то не устраивает, Ямада Канами-сан?
— Нет, — буркнула она. — Все прекрасно. У меня нет претензий.
Немного жестко, учитывая, что они все же не наемники, а вполне официально устроились ко мне на работу. Но либо так, либо они до скончания веков будут в пострелушки играть. Их готовили в личные слуги, так пусть уже делают выбор. Все-таки Щукин, говоря о них, был прав — надо бы прибрать их к рукам. Кому стрелять и без них найдется. К тому же чисто технически я прав — они все-таки не слуги, а наемные работники.
— Они ведь и правда всего лишь беспокоятся о тебе, — подал голос Ёхай.
Надеюсь, он все поймет и не будет обижаться, как ни крути, а он от них не сильно отличается в юридическом плане.
— Это ты можешь беспокоиться обо мне, — решил я все же подстраховаться с ним. — Сейджун может. А им платят не за беспокойство.
— А нам, значит, за беспокойство платят? — раздалось со стороны Ёхая.
— Стоп, стоп, стоп… Хочешь сказать, вам еще и платят?! — не удержался я от шутки.
После возвращения на базу и завершения их смены сестры Ямада вернулись домой. Первым делом они отправились в раздевалку, которую специально выделили для них троих — единственных девушек в отряде телохранителей Аматэру. По факту это была просто большая комната, совмещенная с душем.
— Ох, наконец-то, — простонала Хина, скинув разгрузку на одну из лавок.
— Не разбрасывай амуницию, — произнесла строго Эйка. — Мне уже надоело убирать за тобой.
— Ой да ладно, — отмахнулась синеволосая. — Уберу я все. Схожу в душ и уберу.
— Ты всегда так говоришь, — нахмурилась старшая сестра.
— Ну, Эйка-тян, — проныла Хина.
— Меня не разжалобить, Хи… — Ее прервал звук удара о стену тактическим шлемом. — Канами? — произнесла она удивленно.
— Тупой сосунок, — бурчала их младшенькая. — Вас это что, совсем не напрягает? — повысила она голос.
— О чем ты? — спросила Эйка просто для проформы, так как догадаться, о чем ведет разговор младшая сестра, было несложно.
— А то ты не понимаешь, — повернулась к ней Канами. — Этот малолетний дебил слишком много о себе возомнил. Строит из себя… — запнулась она. — А мы должны рисковать шкурами из-за его причуд.
— Да ладно тебе, Канами-тян, — отмахнулась от нее Хина. — Тебя просто бесит, что он считает нас лишь наемниками.
— Да ничего подобного! — Младшая пнула шлем, который откатился к ее ногам после удара о стену.
— Канами, — услышали они холодный голос своей старшей сестры. — Посмотри на меня.
— Что не так? — повернулась к ней Канами, хоть и продолжала прятать глаза. — Скажешь, я не права?
— Соглашаясь на этот контракт, мы прекрасно знали, на что подписываемся, — произнесла все так же холодно Эйка. — Я права? Не молчи, Канами, отвечай на вопрос.
— Права… — выдавила из себя Канами. — Но…
— И в контракте не было упоминаний, что он будет пай-мальчиком. Верно?
— Да… — буркнули ей в ответ.
— Так скажи мне, маленькая засранка, по какому праву ты смеешь оскорблять Аматэру-сама?
— Да какой он Аматэру?! — вскинулась Канами. — Ему всего лишь повезло стать частью великого рода!
— Хватит тут косплеить тупую овцу! — рявкнула Эйка. — Мы с тобой прекрасно знаем, как именно происходит принятие в древний род. Он Аматэру! Тот, в чьих жилах течет кровь богини Аматэрасу, и не тебе его хаять!
— Но он… Он же… — почти всхлипнула Канами.
— Он тот, кто имеет право повелевать. Тот, кто своей волей направляет таких, как мы, простых смертных, на смерть. Тот, кто дает честь и вселяет надежду. Тот, на чьей стороне само время. Неужто ты забыла, чему тебя учили?
— Я помню, — не поднимая головы, ответила Канами. — Тогда чем мы прогневили богов, что они лишили нас права на службу? Мы готовились к этому всю жизнь…
— Нам просто не повезло, — подошла к ней Эйка и, обняв, повторила: — Всего лишь не повезло.
