— И каков шанс, что вы проявите себя настолько, что даже ваш прижимистый король признает доблесть, проявленную кланами Амин и Латиф? Доблесть и необходимый для родовых земель вклад в войну, — уточнил я.
— М-да… — не удержался Абдуллах.
Такое и правда было сложно представить, особенно с их королем.
— Предположим, — задумчиво проговорила Лифен. — Только предположим, что мы помогли вам с вашей войной и не нарушили договор с королевским родом. Будет ли это достаточной причиной для пересмотра наших договоренностей в сторону большей помощи от рода Аматэру?
— Само собой, — кивнул я. — За все нужно платить, и я готов это делать.
— Но как оценивать эту самую помощь? — спросила она.
— С этим сложнее, — кивнул я. — Для начала устройте мне встречу с представителем двоюродного брата короля.
— Сомневаюсь, что мы сможем, — поджал губы Абдуллах.
— Пожалуй, — задумался я. — Ну тогда просто передайте ему мое желание поговорить. Ну и на чай заглядывайте. Будет интересно послушать о жизни вашей аристократии. Сравнить ее с японской, — чуть усмехнулся я.
— Это можно, — кивнул Абдуллах.
Хотя я сомневаюсь, что они будут сильно стараться — куш невелик, всего лишь поблажки в договоре, да еще и неизвестные заранее, а риск прослыть предателями присутствует.
— Еще один момент, — вновь заговорила Лифен. — Насчет невозможности наших кланов вернуться на… предполагаемые родовые земли в течение года.
Ну да, они должны были вернуться к этому вопросу, уж больно он скользкий.
— Если это произойдет, — вздохнул я напоказ, — я не смогу убедительно изобразить… отступление. И оставления части уже своей родовой земли. Это не самым лучшим образом отразится на репутации рода. Вы должны меня понять, все-таки родовые земли — не пустяк.
— Да, но… — замялась старуха.
Вот так с ходу обосновать подобные мои действия она не может. Они и сами тут сидят и балансируют на грани фола из-за тех самых родовых земель и очень даже понимают и их ценность, и сложность ситуации, в которой я окажусь. Точнее, не я, а весь мой род. Не могу я просто взять и отдать… Так, стоп.
— Возможно, со временем ситуация изменится и… — начал Абдуллах.
Бред, к слову, какой-то начал говорить. Во всяком случае в контексте нашего разговора.
— Прошу прощения, — поднял я руку, прерывая его. — Дайте мне пару минут.
