Я прижал ее к себе еще крепче. Сильные мужчины не плачут. Кто сказал? Тот, кто не испытывал такой боли. Хотелось завыть, как раненая собака, броситься на кого-то и в бессильной ярости впиться зубами в шею, лишая жизни, только чтоб она жила. Но это не поможет. Ничего уже не поможет! Как я был слеп! Я же видел ее, общался с ней в той деревне! Как я мог не узнать ее?! И ведь были же, были сомненья! Она казалась слишком знакомой! Смотрел на нее, а память подбрасывала воспоминания о Злате. Это ли не знак?! Как же я был глуп! Не заметил, упустил! В который раз потерял!!! Хотелось кричать до хрипоты, до срыва голоса.
Я думал, что мне было безумно плохо и больно, когда нашел записку Златы в своем замке? Нет. Я ее воспринимал как должное. Теперь же я знаю каково это потерять ее, испытал безумную радость от того, что она жива. Сейчас обнимаю ее такую теплую и такую родную. И понимаю, что это ее последние дни. Что вскоре начнется ее агония, а я не смогу помочь. Слеза, которая скатилась по моей щеке, упала Злате на макушку, но та даже не заметила. И слава всем богам. Для нее я буду сильным.
– Знаешь, у меня было много месяцев, чтобы подготовить себя к этой мысли. Я всецело уверена в своем решении. Я рада, что так много успела сделать. Я довольна, что наконец-то могу ничего скрывать и рассказать тебе все. Вот только мне страшно. Совсем чуть-чуть. Но я боюсь. Побудешь со мной? До конца. Пожалуйста. Я не думала, что мне будет так страшно. И еще я боюсь, что малышу тоже будет страшно и он будет меня слышать. Я ведь не смогу беззвучно… ну, ты понимаешь. Не уходи от меня, – вдруг робко попросила она.
– Не уйду. Ни за что и никогда, – пообещал я.
Моя Злата. Самая желанная и любимая. Кому нужны те земли, кому нужно королевство, для кого власть, если нельзя разделить ее с любимым человеком? Я знаю, что когда придет время – моя душа умрет вместе со Златой. Я буду и жив, и мертв одновременно. Что-то сломается во мне с ее смертью. Я не смогу смириться с тем, что теряю ее второй раз. Вот так медленно, каждый день наблюдая за ее агонией. Но для нее я до последнего буду находиться рядом и отвлекать ее от грустных мыслей. Для нее я буду заботиться о ребенке. Для нее я буду помогать ему расти, становится сильным и мудрым, достойным своей матери. Для нее я буду поддерживать мир между Темными и Светлыми Землями. Все для нее. Жаль только, она не сможет никогда этого увидеть…
Было очень тяжело вновь сидеть с Аэроном в обнимку и понимать, что по глупости я потеряла так много времени, которое могла провести с ним. Стоило ли оно того? Теперь уже и не узнаешь. Можно долго гадать как бы сложилась наша судьба, если б я не подслушала разговор, если б не ушла, если б не встретила Эрроральда, если б… Но от этого не легче. Наша жизнь состоит на 80 % из случайностей, так стоит ли жалеть о бесповоротно ушедшем прошлом?
Эрроральд в наш разговор не вмешивался и мне не мешал. Последние несколько месяцев он почти постоянно рядом со мной. Мы мало разговариваем, но я вижу, что ему также грустно будет со мной расставаться. Вот и сейчас он сидел тихо на моей кровати и молчал. Я уже и привыкла к его присутствию, особо не акцентируя на нем внимание. Отошла ли от него скука, от которой он спасался в моем обществе? Не говорит. И еще немного интересно: грустит он потому что она опять к нему вернется или же действительно ко мне привязался? Не знаю, хочу ли я и вправду знать ответ.
Я немного отстранилась от Аэрона. Посмотрела ему в глаза. Такие знакомые и такие печальные сейчас. Как же глупо мы себя вели. Провела ладонью по его щеке, вспоминая его тепло. Наклонилась и едва ощутимо коснулась губами его губ.
– Злата! Что ты… – начал было он.
– Я просто хочу удостовериться, что это не сон. Что ты действительно рядом, – тихо сказала я, обхватив его руками за шею.
– Я рядом. И не брошу ни тебя, ни малыша, – напряженным голосом сказал он.
Ему было так же тяжело, как и мне. Но у него было неоспоримое преимущество: ему доставался ангелочек, которого я никогда не смогу увидеть. И вообще ничего и никогда больше не смогу. Стоп, нужно отбросить эти мысли в сторону! Не хотелось бы, чтоб меня запомнили такой, унылым нытиком, которой все всё должны. Я сильная, справлюсь. И ребенок мой должен знать, что его мама была смелой и сильной. Хочу, чтоб гордился мной…
– Ты ведь будешь к нему приходить потом, правда? – с надеждой спросила я.
Больше всего я боялась, что мой малыш останется наедине с этим жестоким миром. Охранники и друзья у него будут, бесспорно, но материнского тепла он уже будет лишен. Не хотелось думать, что и отцовской защиты ему также не достанется.
– Я буду здесь проводить столько же времени, сколько и на своих землях. Если, конечно, позволишь, – осторожно ответил он.
– Это было бы замечательно… Ты теперь не считаешь меня злобной темной тварью? – вдруг спросила я, пригревшись на его руках.
– Что за бред?! – воскликнул он.
– Ну, ты мне очень долго доказывал, что нынешний Темный Наследник именно такой, – улыбнулась я.
