Очнулась от того, что на меня кто-то смотрит. Жанна не будет читать нотации, но видеть в ее глазах сожаление и вину просто невыносимо. От осознания того, что придется опять проходить через все это, я едва слышно застонала.
– Реально жива, что ли?! Ну, ни фига себе… – услышала я такой знакомый голос.
Это заставило меня моментально вскочить на ноги и неверующе уставиться на такую знакомую фигуру передо мной.
– Эрроральд? – охрипшим голосом спросила я, боясь, что это сон.
– Типа того. Надо же… И предположить не мог, что ты действительно могла выжить, вернувшись в этот мир. Тело же умерло… Как так-то?! – шокировано спросил он в свою очередь.
– Я не умерла здесь. Летаргический сон или нечто подобное… Не знаю как такое возможно, – ответила я.
– Да никак невозможно! Если мертва – попала ко мне. Жива – как пришла, так и ушла обратно. А ты задержалась! Это значит, что либо у тебя нет привязки к этому миру, либо есть привязка к миру Эльгарц. И то это практически невозможно. Как так-то?! – практически возмутился он.
Мне не осталось ничего другого, как просто пожать плечами. Он присел прямо на пол. Я не знала даже что мне можно было сказать. Хотя, нет. Все же один вопрос был. Не самый важный, но ответ услышать хотелось бы. То, что интересовало больше всего, я боялась произносить вслух так сразу.
– А почему я в Эльгарце прожила почти два года, а здесь прошло не больше десяти дней? – спросила я.
– Разница во времени. Соотношение, примерно, 1:150. Что поделаешь – так и есть, – пожал плечами он.
– Подожди, ты хочешь сказать, что сейчас там… – от догадки у меня перехватило дыхание и я не смогла договорить фразу.
– Да. Твоим детям уже почти четыре года, – сочувственно кивнул Эрроральд.
– Детям??? – не поверила я.
– Ммм… Да, забыл сказать. Ты родила очаровательных двойняшек. Если бы родился хотя бы один из них – ты бы выжила там, – виновато почесал нос Эрроральд.
– Двойняшки? А почему я слышала только одного? Одну? – совсем растерялась я.
– Девочка – черный дракон. А мальчик – золотой. Ты одним махом обеспечила Наследниками и свои земли и земли Аэрона, – улыбнулся он.
– Эмм… Адам и Ева? – спросила я, вспомнив какие имена говорила Аэрону.
– Да. Ты же сама просила так назвать, – не понял Эрроральд.
– Нет-нет, все хорошо, – поспешила ответить я.
Даже прикольно как-то, символично. Действительно ведь, первые люди нашего мира на той земле.
– Какие они? – поспешила спросить я.
– Ну, я часто за ними присматриваю. Пару раз мне даже казалось, что они меня видят. Так что когда они начали говорить, я стал наблюдать за ними издали. Оба ребенка светловолосые, кожа светлая, но не как у тебя. Скорее, как у Аэрона. И глаза того же цвета, что и у него. Что еще… Разрез глаз его, губки твои. Что так смотришь? Мне тоже было интересно узнать на кого они больше похожи. Адам более спокойный, в то время как Ева на месте не сидит. Он еще унаследовал от тебя талант к рисованию. Ева уже исследовала весь Замок. Тебя искала. Не верит, что ты умерла. Ну, не знаю я что рассказать еще. Замок с ними общается, показывает разные моменты из твоей жизни, – ответил Эрроральд.
– А Аэрон? Он хорошо о них заботится? Он обещал, – спросила я.
– Ну… Да. Он с ними. С сыном отношения вообще отличные, а вот мелкая временами сторонится его. Мне кажется, она винит его в том, что ты не рядом. Мелькали разговоры на эту тему, во всяком случае. Но он их любит. И они его, – поспешил заметить Эрроральд, сначала замявшись.
– Ты что-то недоговариваешь? – насторожилась я.
– У них все хорошо, – повторил он.
– А Аэрон? Он… как он? – замялась я.
– И у него все хорошо. Его земли процветают. Твои, кстати, тоже. Светлые уже спокойно общаются с Темными. Ну, в основном. Аэрон старается как можно больше времени проводить с детьми. Но ты ведь не об этом спрашиваешь, я прав? – проникновенно взглянул мне в глаза бог.
Я не стала отрицать и с вызовом посмотрела на него в ответ.
– Он грустит. Первый год после того, как ты ушла – я думал, что он сорвется. На него было страшно смотреть. Было такое чувство, что он выгорел изнутри. Живо лишь тело, а душа погибла. Думаю, именно дети и вернули его. Рядом с ними он стал оживать. На женщин он не смотрит вообще. Возле детей постоянно Миранда. Вместо няни с ними возится. Она единственная девушка, кроме служанок, кого Аэрон к ним подпускает. Сейчас дети вся его жизнь, – ответил он.
– Верни меня, – внезапно сказала я.
– Что?
– Забери меня туда обратно. Ты ведь знаешь, я не смогу здесь. Я хочу к детям, к Аэрону, к своим землям. Верни меня! – жарко зашептала я.
– Но я не могу! – растеряно воскликнул он.
– Можешь. Ты уже один раз это сделал! Я знаю, ты сможешь. Пожалуйста! – взмолилась я, падая рядом с ним на колени.
– Злата, Злата, не надо. Я действительно не могу. Тогда ты была без привязок, я думал, что уже умерла. Мне нельзя нарушать правила. Это может нарушить хрупкое равновесие мира. Как твоего, так и Эльгарца. Прости, я бы хотел, правда, но не могу! – с сожалением сказал он, пытаясь поднять меня с пола.
