Катерина, в отличие от Шанель, не захотела дать этой вечеринке второй шанс. И мы отправились в «McDonald’s». Невыносимый пафос нужно было разбавить чем-то радикальным. Пара гамбургеров подействовали как пинок, возвращающий к действительности от прекрасных, но совершенно бессмысленных и невоплотимых мечтаний и надежд.
Мысли о количестве секса у моих сограждан снова догнали меня. Похоже, статья меня действительно задела. Я решила выяснить: может быть, сто тридцать семь раз в год – это нормальная половая практика и только я и мои подруги живем в атмосфере вечного московского целибата?
Покопавшись в телефонной книжке, я нашла несколько друзей, которых было не жалко терять. Им-то я и задала сакраментальный вопрос – сколько?
И вот что они мне ответили.
Игорь, преуспевающий топ-менеджер одной из крупных российских компаний: «Сто тридцать семь раз?! Да я месяцами сижу без секса. Даже и вспомнить не могу, когда это было в последний раз. Хотя я всегда готов и могу освободиться, например, через неделю, в среду, с десяти до двенадцати тридцати... или двенадцати... Извини, у меня второй входящий звонок!» Гоша, безработный: «Нет, у меня гораздо меньше. Мне лень». Григорий, студент: «А что можно считать сексом? А если... ну в общем, если я один?» Константин, директор по продажам телефонной компании: «Да, у меня бывает. Я хожу в свинг-клуб, и там у меня случается такое сразу с двумя и тремя».
И все-таки я усомнилась в распутстве, навязанном нашему скромному трудовому городу глянцевой прессой! Конечно, я не применяла пытки и детектор лжи, но все-таки...
В Москве, прекрасном городе, где можно найти самые изысканные творения молодых бельгийских дизайнеров, а также гречневую лапшу, секс встречается не так часто, как хотелось бы многим. Кризис, о котором первыми завопили банкиры, давно бушует в этой непрозрачной отрасли народного хозяйства. Секс – редкий, капризный зверь – явно предпочитает более свободные, менее загазованные города нашей необъятной страны. Как будто МКАД обнесен невидимой стеной, за которую с легкостью проникают новинки высокой моды, но простые человеческие радости прорваться не могут. Весь столичный тестостерон сгорает вхолостую в процессе перевыполнения годовых планов компаний и корпораций и борьбе за мировую финансовую стабильность. Неужели самые мрачные прогнозы всегда являются и самыми верными и теперь невозможно встретить не только настоящую любовь, но и приличный секс?
В то время как счастливой Нине наши проблемы было не понять, Катя вполне поддерживала меня в моих худших предположениях.
– Сегодня ночью, – заявила она, – я осознала, что у нас ничего не было уже недели две. Может быть, мне стоит изнасиловать инструктора по йоге? Он брюнет с голубыми глазами.
– Катя! – воскликнули мы хором. – У тебя же...
– Да, я знаю, что я крайне аморальная личность. Но Вениамин невнимателен ко мне последние несколько недель. Кроме того, я нашла у него чеки на покупку женского белья!
– Может быть, он собирался сделать тебе подарок, – предположила Нина. Успешная личная жизнь превратила ее в филантропа-оптимистку.
– На чеке были указаны размеры, – пояснила Катя. – Ее грудь больше моей по меньшей мере в два раза.
Чеки, мобильные телефоны и билеты – три источника нескончаемого компромата на неверных мужей и похотливых бойфрендов. Сколько из них погорели, просто оплатив что-нибудь лишнее! Духи, цветы, нижнее белье... в несправедливом, сложном, неприспособленном к счастливому проживанию мире то, что приносит радость одной женщине, становится головной болью для другой. Это же относится и к неожиданным звонкам, а также случайно прочитанным эсэмэскам после которых начинаешь жалеть о том, что ты вообще умеешь читать.
– Как твои дела? – Вот уже много недель после этого вопроса мне хотелось провалиться сквозь землю.
– Все по-прежнему. Мне кажется, это никогда не кончится. И я никогда не перестану себя корить, и никогда не вернусь... к прежней себе. – Я была готова расплакаться.
– Какая ерунда. – Нина обняла меня и похлопала по спине. – Клин вышибают клином.
– Ей будет сложно, посмотри на выражение ее лица, – заметила Катя. – На нем же просто написано: «Не влезай – убьет!»
– Неправда, – я шмыгнула носом, – хочется верить, что это еще не все.
– Забудь о любви, – посоветовала Катя, – все, что тебе нужно после болезненного разрыва, это банальный секс. Кстати, мой тренер вполне...
– Расскажи лучше о своем однокласснике. – Мне хотелось увести подруг с минного поля разговора «Я, моя любовь и отсутствие секса» на более безопасную площадку.
– Мы вступили в переписку, – Катя мечтательно закатила глаза, – и пока что все, что он пишет, совершенно идеально.
– Это обычно самое страшное. Если они вначале прикидываются идеалами, жди беды! – Я знала, о чем говорила.
– Он выращивает розы и помидоры на своем огороде! Я узнаю своего мальчика. Когда ему было пятнадцать, мы ездили в трудовой лагерь и тоже что-то там выращивали... свеклу или эту, как ее, морковь...
