Когда вёльвы вышли из купальни, была уже глубокая ночь. Храпели во дворе сонные мужские голоса, вскидывались лошади, пофыркивая, и красивый луч первой звезды Хротгара проложил к дому ровную дорожку.
— Посидим на лавочке? — вдруг предложила Хейд. И Янника согласилась.
Они сели на крепкое, удобное сиденье. И прислонились друг к другу. Белая голова к белой голове.
— Знаешь, что я каждый день своей жизни вёльвы записываю в дневник? Всё-всё…
— Нет, — удивилась Янника.
— Так нужно… Нельзя лениться… Опыт вёльвы драгоценен.
— Что было сегодня, тоже запишешь?
— Конечно… Только отдохну немного. Устала.
Они ещё помолчали.
— Ты тоже, доченька, начинай с завтрашнего дня записывать. Я тебе новую тетрадочку положу в красный сундучок. Он за стеллажом с травами. Там, где крюк. На крюк нажми, стеллаж в сторону отодвинется. Потом круглый замочек на ручке повернёшь, тайник и откроется. До отъезда хоть несколько строк черкни.
— Черкну.
— Вот и хорошо, умница моя! — и Хейд нежно погладила зевавшую девушку по голове.
— Ну… спать?
— Спать!
Только-только первое солнце вставало, а бодрая Хейд уже командовала сборами в дорогу. Это принести. Это унести. Это поправить. Недовольная сонная Дуська помогала таскать вещи в подъехавший экипаж. Она одна уже принесла вознице для устройства два пледа, две маленьких подушки для ног, корзинку с пирогами, туесок с варёной курицей, завёрнутой в пергамент, и две больших бутыли с ягодным холодным морсом. До вечера должно хватить. Обжоры!
Со стороны улицы уже спешили к экипажу Айда с Гейтом. Юноша тянул тяжёлую сумку, плотно набитую доверху. Вышел из дома напротив собранный Риг, неся в руках плетёный короб. Лишь Янника всё ещё была в кладовой, в подполе, пытаясь открыть красный сундучок.
— Ну что? — в который раз заглянула Хейд.
— Не поворачивается, Хейдуша!
Хейд покачала головой, расстроенно, подошла к Яннике и одним лёгким движением по часовой стрелке прокрутила ручку красного сундука до упора. Тот щёлкнул и открылся. В сундучке лежали тетради, старые, исписанные. Наверное, те самые дневники вёльв. Хейд резко закрыла крышку и приказала:
— Последний раз попробуй, доченька! Нужно, чтобы всё получилось!
Янника не понимала, зачем сейчас тратить на это драгоценное время?! Вот вернутся они из Торгского ущелья, и Янника тогда натренируется вдосталь! И Хейдуша не будет такой нервной. И кстати, платье ей нужно будет новое какое-нибудь купить, а то в люди ехать в этом старье стыдно. Она всё же вёльва Дергиборга, а не голодранка какая! Отвлёкшись от своих проблем, Янника и не заметила, как легким движением руки прокрутила замок сундучка до упора. Тот щёлкнул и открылся.
— Ох! — радостно выдохнула Хейд. — Получилось! Получилось! Ну, будешь знать теперь всё наши тайны, доченька! Другие сундуки в тайнике тоже так открываются! Раз получилось, значит, признало тебя вёльвино наследие! Спасибо, Снежная дева! Тааак, теперь и ехать надо!
Они вышли на крыльцо, и вёльва продолжила:
— В тот год, что Артида грязь свою творила, из ущелья никто живым не вышел. Все погибли.
Янника вздрогнула. Ничего себе новость!
— Как так?
Вёльва неопределённо дернула плечом:
— На Хротгаре всё взаимосвязано, доченька. Так что я не удивлюсь, если и в этом году что-такое ждать придётся.
Янника оторопела. Никто живым не вышел? Тогда… как же Риг? А Гейт? То есть и они? Девушка не успела ещё облечь страшный приговор в слова, как вёльва снова стала говорить:
— В тот год что-то случилось с камнем-ключом на выходе. Победители выходили из лабиринта, но, прикасаясь к камню, сгорали, гибли. Так что в этом году нужно будет сразу камень опутать сетью. Ты с Айдой в этом мастерицы, так что справитесь… Только сразу приступайте к работе не ждите!
— Значит, надежда есть?
Хейд невесело усмехнулась:
— Надежда всегда есть, моя девочка. Этим и живы… Мальчишкам только не проговорись, не вздумай. Нечего им лишний раз волноваться. Как в ущелье войдут, так Айде и расскажешь. Поняла?
— Поняла.
Они подошли к экипажу. Янника зашла, села. Вёльва закрыла дверь. С той стороны и приказала:
— Трогай!
— Постой! — кинулась обратно Янника, высовываясь из окна над дверью. — А ты, Хейдуша? Ты что не поедешь?
Та улыбнулась мягко:
— Да куда я поеду, девочка? Гости у нас. Их проводить надобно! Вещи их посветлу пересмотреть, может где что упустили. Кто ж это сделает, кроме меня?
— Но ты догонишь нас, когда проводишь южан? На лохани своей летать быстрее, чем ехать. Догонишь ведь?
Вёльва, всё так же ласково улыбаясь, словно любуясь, нежно погладила девушку по руке:
— Вы там и без меня справитесь! Сильная ты стала, Янника. Даже я тебе не чета! Так чего старушку зря в такую даль гонять?! А?
И снова приказала вознице:
— Трогай!
Возница занёс хлыст.
— Но, залётные, пошли!!!
И два сторга сдвинули тяжёлый возок. Они отъехали совсем немного. Четыре двора. Как Янника вдруг взвилась, взволнованно.
— Стойте, стойте, — закричала она отчаянно.
А когда возница, недовольный новой остановкой, ворча и ругаясь, придержал коней, выскочила из возка и побежала обратно.
