По улице весьма спокойно шел человекоподобный робот. Ростом он был выше большинства людей, на вид очень крепкий, к поясу был прикреплен автомат, но в такой ситуации автоматом мало, что сделаешь. Час назад, почти сразу после того, как потемнело небо, роботу доложили из штаба командующие, что ему нужно эвакуировать граждан. Робот поначалу выполнял приказ, но затем выполнять его стало невозможно. По протоколу эвакуации гражданских людей военные роботы должны отводить к автобусам, или поездам, или самолетам, или вертолетам. Прошел уже час, но роботу так и не сообщили, хотя бы куда можно отводить людей. Границы города располагались далеко отсюда, примерно в восьми километрах ближайшая. Протокол эвакуации, по которому всегда следовал и должен был следовать робот, не предусматривал то, что ему вручную нужно будет выводить людей без транспорта. Робот не был способен угнать транспорт, даже если бы он был заведен и водителя не было. Алгоритмы робота просто это не предусматривали. Да и сейчас по улицам уже не проехать. Везде горящие, перевернутые, брошенные, поломанные машины. Сквозь такой мусор даже танк не проедет. Робот уже несколько раз отправил запрос на дальнейшие указания в штаб, но никто ему не ответил.
Так, лишенный цели, он и ходил спокойно по городу среди людей и лишь наблюдал за ними, так как программа всегда говорила ему внимательно следить за происходящим вокруг для своей сохранности и возможности потом отрапортовать все начальству. Люди, в округе много людей, на дорогах лежат трупы, которых терзал металл, залезающий им под кожу, становящийся с ними одним целым, также происходило и с живыми. Люди сами не замечали, как части их тел заменялись, все это сопровождалось кровопролитием и все же больно им не было. Робот знал, когда людям больно – они кричат и остро реагируют на раздражитель. Эти же кричали только от реакции на изменения. Кто-то не реагировал вовсе – эти люди просто не верили во все это, но робот не понимал, что во что-то можно не верить. Он расценивал это как обычное принятие происходящего. Кто-то падал в обморок или просто умирал. Понятно не было. Улицы все больше и больше покрывались кровью. Робот видел, как кого-то вырывало от происходящего. Видел, как люди плакали. Видел, как кто-то трясся от страха, забившись в какой-то угол. Видел, как какой-то мужчина встал на крышу еще целого дома и спрыгнул с нее. Программа робота распознавала это событие как самоубийство. Часто к роботу подбегали люди, запуганные и раненые, просили у него помощи. Молили спасти их, а робот говорил им: «Я нахожусь в ожидании дальнейших указаний по эвакуации. Подождите и не паникуйте, пожалуйста. А если вы ранены, то обратитесь в ближайшую больницу. Она на Моринской улице, дом 5, большое белое здание.»
– Тупая машина! Посмотри наверх, эта больница уже улетела на небо! – выкрикнул роботу человек.
Робот не понял данное высказывание, посмотрел на здание, парящее в воздухе, и расценил это как еще одну просьбу по поводу больницы.
– Больница находится на улице Моринская, дом 5, большое белое здание. В данный момент я не могу оказывать услуг первой помощи в соответствии с протоколом об эвакуации гражданского населения.
– Какой же ебучий тупорылый мусор! – безымянный человек выкинул из рук биту и попытался выкрасть с пояса автомат.
Программа робота такие действия распознавала мгновенно, его рука тут же легла на рукоять, а один палец на спусковой крючок. И секунды роботу не потребовалось, чтобы человеку, который и дотронуться до автомата не успел, прострелить ногу. Человек закричал. Люди, окружающие робота и человека, засуетились и понесли своего друга прочь. Они плакали, боялись, кричали другим о помощи, но роботу не было до этого дела. Спустя какое-то время он оглянулся и увидел на другой стороне улицы такого, как он – еще одного военного робота такой же модели. Робот не обратил на своего коллегу особое внимание и сразу отвернулся. Он повернулся еще раз в сторону собрата и посмотрел на него подольше, но уже бесцельно. Программа пришла к выводу, что, если ему никак не приходят указания, может быть, ему просто делать то же, что и делает другой робот. Но его коллега также бродил бесцельно, оглядываясь по сторонам. Робот в замешательстве развернулся и продолжил путь, просто бесцельно патрулируя улицы.
